В преддверии невероятного приключений главный герой, полон решимости преодолеть препятствия и изменить судьбу своих близких в мире Газлайтер. Атмосфера напряженности и мистики окружает каждую страницу, где даже самые отдаленные предчувствия могут стать ключом к сложной загадке....
Настя бледнеет, её глаза широко раскрыты от ужаса, а губы едва слышно шепчут: «Папа, не надо, пожалуйста…»
Мои перепончатые пальцы! И угораздило же меня угодить в семейную драму!
Барон не реагирует на крик дочери. Из-под древесной брони вырывается глухая ругань.
Я сохраняю спокойствие и не спешу надевать доспех. Напасть на гостя в собственном доме — это огромный позор для любого дворянина. Кое-кто не позволит барону это сделать.
И точно — уже раздается командный окрик Жанны:
— Павел! Не смей! — кричит баронесса, вытягивая руку в его сторону.
— Вы уж определитесь, дамы и господа, — произношу я ровным голосом. — Согласны вы или нет?
Барон отвечает лишь низким рёвом, его глаза сверкают ненавистью. Он делает шаг вперёд, паркет трескается под его тяжестью.
Павел уже поднял руку, в которой материализуется огромная коряга, с острым наконечником. Острие сверкает красным светом — сочетание магии друида и кровника.
— Настя, отойди, — говорю я тихо, отодвигая её за себя.
Барон готовится нанести удар.
— ПАВЕЛ! — срывается с губ Жанны, и в этот момент происходит нечто невероятное.
Словно разряд молнии ударяет в землю, огромный поток псионической силы обрушивается на барона. Синеватый вихрь сводит Павла с ума, и он вопя пробивает стену позади себя. Облако пыли и обломков заполняет комнату, а барон вылетает на улицу, теряясь из виду. Лишь слышно глухой удар о землю снаружи.
Жанна опускает руку, её дыхание тяжёлое, но она быстро берёт себя в руки.
— Милая, позаботься о женихе, — говорит она, повернувшись к Насте. Её голос снова любезный и мягкий. — Отведи его в другую гостиную. Я скоро присоединюсь.
Настя всё ещё в шоке, её губы дрожат, глаза блестят от слёз.
— Мама… — шепчет она, но не находит слов.
Я аккуратно беру её за руку.
— Пойдём, Настя. Дай родителям разобраться, — говорю я, стараясь звучать успокаивающе.
Жанна кивает, хотя её взгляд снова обращается к зияющей дыре в стене.
Мы покидаем гостиную, двигаемся по длинному коридору.
— Я не понимаю, что происходит, — наконец произносит Настя, её голос дрожит.
Сказать мне тут нечего. Чета Горнорудовых — большая загадка для меня. Поэтому просто посылаю ментальные волны, успокаивая разум Насти и сглаживая острые углы эмоций.
