На Капитолийском холме Рима зреет ночной гнев Астрала, а главный жрец Юпитера обнаруживает, что готовиться придется именно ему. Монах в одиночестве подготавливает Ватана Плутону, предчувствуя приближение Короля Теней.
Он задумчиво проводит пальцами по изысканному орнаменту, вспоминая странную встречу. Затем поднимает голову, взгляд его холодный и злой.
— Нет, конунг Данила слишком непредсказуем, — произносит он, не обращая внимания на удивление советников. — К тому же, он… отлично играет на свирели, — Пиренус передергивает плечами, вспомнив, как телепат мастерски вертел в руках тот зловещий нож. Откуда он его вообще достал? Нет, этот конунг был не из тех, кого можно подловить или загнать в угол. Слишком много в нём неизвестного, слишком опасен он, чтобы пытаться вести двойную игру.
Советники переглядываются. Один из них, решивший, что король шутит, набирается смелости и возражает:
— Но, Ваше Величество, музыкальные таланты — это не показатель. Мы говорим о реальной политике, о безопасности государства!"
"Пиренус, сжав в пальцах сопилку, поворачивается к нему:
— Для меня это показатель, — отрезает он, и его голос обрывает любые дальнейшие возражения. — Данила не тот, кого стоит недооценивать.
Советники мрачнеют, но спорить бессмысленно. Они молча кивают, раздумывая над странной логикой короля, но знают, что если он что-то решил, переубедить его не удастся. А король, смотря на сопилку в своей руке, едва заметно улыбается. Мир так мир. Как бы то ни было, дудка офигенная же!
Глава 10
Министерство торговли, Москва
Александр Петрович Воронов, глава Торговой палаты Министерства торговли, сидит за массивным дубовым столом в своём просторном кабинете.
Перед ним на столе лежит письмо от Вещих-Филиновых, и чем дольше он его читает, тем больше раздражение растёт внутри.
«Эти Филиновы совсем обнаглели,» — думает он, откладывая письмо в сторону и беря телефон.
Набирает номер своего старого знакомого Ильи Николаевича Сафонова — регулятора из Царского Банка, человека, который следит за тем, чтобы в финансовой системе царил порядок.
— Приветствую, Илья Николаевич, — начинает Александр Петрович, стараясь сохранить дружелюбный тон, хотя внутренне кипит от злости.
— Добрый день, Александр Петрович.
