В трёхмерном мироздании двое Высших Грандмастеров и один против двух васущихся коллег. Взоры несут долю обиды и сомнений. Ратвер, молча поднимает каменистый берег, а Портакл в изумлении глядит на прибытие. Ожидание чужаков вызывает в нем смесь чувств — отчаяния и недовольства....
Воздух врывается в мои лёгкие, а в теле чувствуется свежий прилив сил. Мой «сон» в коконе оказался на редкость продуктивным.
Я оглядываю собравшихся и, едва сдерживая усмешку, широко улыбаюсь:
— Какие люди! Конунг Тапио! Какая встреча! А, кстати, не просветите, что я здесь делаю?
В зале повисает тишина, густая и липкая, словно растёкшийся мёд. Все смотрят на меня, уронив нижние челюсти.
Конунг поднимает руку в приветственном жесте:
— Да, конечно, граф Данила! Обсудим, но давайте наедине.
Он указывает мне следовать за ним, и мы уходим в боковую комнату. Там Тапио, изображая спокойствие, садится на массивное кресло, но нервный взгляд и подрагивающие пальцы выдают его состояние.
— Видите ли, вы попали в психическую ловушку, — начинает он осторожно. — Мой сын решил взять вас с собой, чтобы помочь вам прийти в себя.
— Как мило с его стороны, — отвечаю с ухмылкой. — Если не ошибаюсь, я слышал что-то про сундук золота?
Конунг моргает, торопливо отвечает, будто пытается сгладить ситуацию:
— Да, сундук золота, конечно.
Я задумчиво киваю:
— Надо же, какое страшное недоразумение. Очень вовремя я проснулся. Конечно, всё уладим.
Конунг вздыхает с облегчением. Коротко кивая, он уходит, оставляя меня в ожидании переговорщиков. Что ж, время есть, а спешить мне некуда.
Некоторое время я провожу в гостевых покоях, уютно устроившись на мягком диване. Поглядываю на резные узоры потолка, лениво водя пальцем по горячей чашке крепкого кофе.
Дверь резко распахивается, и в комнату врывается Светка, сияя, как солнце в полдень.
— Даня, ты цел! — не успевает она дойти, как уже оказывается у меня на шее, сжимая так, будто проверяет мою физическую выносливость.
За ней входят Морозов, Студень, Ледзор и сканер Диод.
