В трёхмерном мироздании двое Высших Грандмастеров и один против двух васущихся коллег. Взоры несут долю обиды и сомнений. Ратвер, молча поднимает каменистый берег, а Портакл в изумлении глядит на прибытие. Ожидание чужаков вызывает в нем смесь чувств — отчаяния и недовольства....
Тем временем Маша снова возвращается к лавочнику и интересуется:
— Сколько стоят эти бусы?
Тот улыбается с лёгкой учтивостью и отвечает:
— Для подруги уважаемого лорда Филина — бесплатно. Забирайте, леди.
Маша изумлённо поднимает брови, словно не веря своим ушам. Вещица явно не из дешевых.
Я, приподняв бровь, интересуюсь:
— И чем же я заслужил такое уважение, сударь?
Лавочник расплывается в широкой улыбке:
— Лорд Филин, просто я безмерно благодарен вам за то, что моя задница больше не мёрзнет зимой в уличном туалете.
Катя и Маша мигом краснеют.
— Признаться, такого рода похвалы я ещё не слышал, — усмехаюсь.
Лавочник смущённо уточняет, бросив взгляд на розовощеких Машу и Катю:"
"— Простите за вульгарность, леди. Я имел в виду, что благодаря вашей системе водосточных труб и строительству Нового Заиписа у нас теперь есть тёплые туалеты в домах. Можно спокойно сидеть и листать журналы с полногрудыми красавицами из вашего мира.
Маша смущённо улыбается и, чтобы избежать дальнейших разговоров, уходит к другому уголку лавки осматривать товар.
Я пожимаю плечами, продолжая думать о том, как моя сестра всегда видит во мне больше, чем есть на самом деле. А ведь она телепатка, как и я. Здоровый цинизм ей не чужд, но почему-то я для неё всё равно остаюсь образом добродетели. Или она так развлекается?
Едва лавочник куда-то отходит — не исключено, что в свой теплый туалет с полногрудыми красавицами, — как Маша Морозова, оборачиваясь ко мне, спрашивает с лёгкой улыбкой:
— Даня, ты же будешь на балу в честь приезда Царя?
— Конечно, — по-моему, это и так очевидно.
Маша кивает, её взгляд на мгновение задерживается на мне.
— Тогда увидимся, Даня.
Она отворачивается, и её фигура растворяется среди товаров лавки. Я успеваю только усмехнуться, когда в голове звучит голос Лакомки по мыслеречи:
— Мелиндо, а ты далеко от порта?
— Нет, — отвечаю мгновенно, насторожившись.
— Кузен Бер случился, — в голосе Лакомки слышится смесь усталости и лёгкого раздражения. — Он, как всегда, умудрился потеряться. Пошёл в сторону порта и отстал от гвардейцев. Теперь ищут его всем миром.
Фыркаю:
— Кузен любит добиваться внимания.
Лакомка тяжело вздыхает:
— Что поделать, родня…
— Ладно, — киваю, невольно улыбаясь её интонациям. — Я разберусь и найду его.
— Там ещё Ненея с гвардейцами, — добавляет Лакомка.
