Персонаж Золотой ошибочно принимает Аннотацию за мифическое существо и совершает необратимый поступок. Это событие становится точкой отсчёта для развития сюжета, полного абсурда, парадоксов и иронии над литературными условностями в двадцать первом томе криптического романа.
Раздел Chitat.online для книги «Газлайтер. Том 21» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Персонаж Золотой ошибочно принимает Аннотацию за мифическое существо и совершает необратимый поступок. Это событие становится точкой отсчёта для развития сюжета, полного абсурда, парадоксов и иронии над литературными условностями в двадцать первом томе криптического романа.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Григорий Григорьевич Володин Самиздат подборки серии
Персонаж Золотой ошибочно принимает Аннотацию за мифическое существо и совершает необратимый поступок. Это событие становится точкой отсчёта для развития сюжета, полного абсурда, парадоксов и иронии над литературными условностями в двадцать первом томе криптического романа.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Внезапно я чувствую подвох. Что-то не так. Ловушка, скрытая в воспоминаниях, срабатывает с оглушительным взрывом в моей голове. Ментальный капкан. Резкая, обжигающая боль пронзает разум."
"— Чёрт! — вырывается у меня сквозь стиснутые зубы.
Я активирую динамическую защиту, выстраивая щиты, но нити телепатии уже впиваются в меня, как раскалённые иглы, пытаясь прорваться. Капкан питается психической энергией монаха, вытягивая из него все силы до последней капли. Этот парень — настоящая ментальная бомба, которую специально начинили маной для такого момента. Чтобы поймать меня в ловушку.
Гребаный Гагер!
Я напрягаюсь, собирая волю в кулак, и укрепляю щиты. Боль, словно тысячи раскалённых игл, пронзает тело, мозг гудит, но это все терпимо. Зарывшись глубже в свои ресурсы, я подключаю Жору. Жабун мгновенно начинает всасывать часть энергии монаха, перенаправляя её на укрепление моей защиты. Энергия, что должна была меня убить, дает мне силы держаться.
«Капкан» постепенно слабеет, оставшись без подпитки, а я чувствую, как его структура начинает ломаться. Ловушка даёт трещины, словно тросы, перетянутые до предела. В то же время монах, потеряв поток энергии, стремительно истощается. Его дыхание срывается, глаза тускнеют, а я ещё сильнее сжимаю волю, завершая работу.
Ещё одно напряжённое мгновение — и сознание монаха рушится. Его перегруженный мозг буквально «перегорает», как лампочка при перепаде напряжения.
Освободившись, я делаю глубокий вдох. Голова гудит, словно меня стукнули кувалдой, но я улавливаю главное: Западная обитель действует не одна. Лорд Гагер точно помогает сволочам. Теория подтвердилась.
Возвращаюсь в «Буран». Первым делом достаю из холодильника энергококтейль
— Дорогой, с тобой всё в порядке? — спрашивает обеспокоенная Веер.
Я киваю, делая пару жадных глотков и откидываюсь в кресле.
— Давайте сразу домой. Нахрен полигон
После напряжённой миссии мы, измотанные, возвращаемся сразу в Невский замок. «Буран» с рыком останавливается на площадке двора, и я, чувствуя каждую клеточку усталости, выбираюсь наружу.
Встретившая Змейка, будто читая мысли, протягивает мне новую кружку с кофе. Умница змееволосая.
Горячий кофе оживляет тело, как зарядка для разряженного аккумулятора. Кажется, я начинаю возвращаться к жизни.
Но нет. Отдых длится ровно пять секунд. Его прерывает властный женский голос, который режет воздух, как нож:
— Почему у вас звери без ментальных закладок и программ? И они ходят в самом центре города! Это угроза для всех горожан! Где граф Данила Степанович⁈
Я вздыхаю, допиваю ещё глоток кофе и, с невозмутимым видом, ставлю кружку на капот «Бурана». Только после этого поднимаю взгляд на источник шума.
— Граф Данила Степанович здесь, — говорю спокойно, но достаточно громко.
