Автор
Незаметно в сердце города прячется история, где каждый шаг может быть убийственным. Нолан — достопочтен судья ведет сложное дело, которое идет за пределы обычной правды. Ли Брайтман, скрывшийся под фальшивым именем, открывает тайны интригующей сюжетной ленты, где любовь прячется в полутьме, а вера — всего лишь катализатором трагедии....
Я успела заметить ужас в его глазах, направляя баллон теперь уже прямо ему в лицо, и еще раз нажала на пуск. И вдруг он вспыхнул факелом и упал на спину, крича от боли, прижимая руки к лицу, хлопая себя локтями. Он все кричал и кричал, и изо рта у него вырывалось пламя. Это был самый страшный звук, какой я когда-либо слышала.
Руки у меня тоже были обожжены, и я выронила баллончик. Ли все бился о пол, будто бесноватый, перекатываясь с боку на бок. Когда язычки пламени исчезли, он затих. Лицо было черным от копоти, а вся рубашка истерзана в клочья.
Я, всхлипнув, перевела дух, и тут на лестнице застучали шаги, заглушая стук дождя и завывание включившейся пожарной сигнализации. Дверь распахнулась. В квартиру вбежали двое в форме — всего двое, о чем они там думают? — но до чего же я этим двоим обрадовалась! Как никому и никогда в своей жизни…
Я рухнула на колени и зарыдала во весь голос.
Среда, 4 марта 2009 года
Я сидела на низком парапете около главного здания и смотрела, как Стюарт, выбежав с парковки, стал прикидывать, как бы перебежать улицу, и вот он уже лавирует среди застывших машин, а потом и сам застывает, поскольку на ближайшем светофоре загорелся зеленый и машины тронулись.
Наконец он подбежал ко мне:
— Извини! Я сильно опоздал?
Я покачала головой:
— Нет, там какая-то задержка, начнут только через полчаса. Свидетели все еще ждут в коридоре.
— Она тоже там?
— Да.
Он поцеловал меня сначала в щеку, потом в губы долгим, жадным поцелуем, провел пальцами по моей щеке. Боже, какие холодные…
— Стюарт, ты что, нервничаешь?
— Есть немного.
— Есть немного.
— Ну ладно, пошли внутрь. Покончим с этой историей раз и навсегда.
Внутри нас ждала Сэм Холланд. Сегодня она выглядела очень элегантно: на ней был строгий брючный костюм и подстриглась. Она уже дала показания утром.
— Ну, Кэти, как ты?
— Спасибо, хорошо.
— Начало опять откладывают, — сказала Сэм Стюарту. — Кажется, мистер Брайтман снова неважно себя чувствует.
— Неужели?
Я почти не слушала их, обводя взглядом толпившихся в коридоре.
— Сэм, а где…
— Пошла в туалет.
Стюарт все еще крепко держал меня за руку и, прижав мои пальцы к губам, сказал:
— Иди поищи ее. Встретимся в зале. Не смотри на него. Смотри только на меня, если тебе так будет легче.
— Не волнуйся, — заверила я его, — я больше не сорвусь.
Он отправился в зал занять места, народу было уже полно. А люди шли и шли.
— Я, пожалуй, тоже пойду в зал, — сказала Сэм. — Или тебя подождать?
— Нет-нет, иди.
