Вдали от шумной цивилизации, Лиля ощущала легкую дрожь в каждой клеточке после долгого пути. Все вроде благополучно, но она чувствовала себя неуютно на твердой земле рядом с мрачным лесом. Внутри кипела нетерпеливая жажда приключений и новых опасностей — атмосфера за окном только усиливала ее ностальгию по безбрежной свободе....
Какая страшная старуха! Как ужасно ее ничего не выражающее лицо!
– Я ничего не знаю! – как можно убедительнее выговорила Лиля. – Честное слово! Я рассказала все, что знала! Когда я пришла, он уже мертвый был!
Марья Власьевна, сотрудница детской библиотеки, неотрывно смотрела ей в лоб. Лиля почти перестала дышать.
– Николай себя не убивал, – произнес рот старухи отдельно от нее самой. – Не убивал!.. А по-твоему вышло, что убил. И тебе поверили!
– Но я же только рассказала, что видела! – горячо возразила Лиля, и глаза у нее налились слезами.
Старуха еще помолчала, а потом сказала все так же, без выражения:
– Николай на байдаре ходил. Давно, еще до того, как с золотом связался. Морж клыком пробил байдару, и все охотники оказались в воде. Из моря спасать нельзя, нельзя отнимать у него добычу. Дух моря просит человеческую жертву! Николай был сильный и храбрый.
Лиля слушала, боясь пошевелиться.
– Николай себя не убивал, – заключила старуха. – А ты сказала, будто убил.
– Это вы звонили нам в эфир?
Марья Власьевна торжественно кивнула:
– Я хотела, чтобы ты рассказала правду. Я виновата. Я хотела тебя напугать.
– А я даже и не поняла ничего, – задумчиво проговорила Лиля. – Олег все понял и испугался. И Ромка, и Алена. А я ничего.
– Тангитане мало что смыслят, – согласилась старуха. – Но даже в вашей тангитанской жизни правда отличается от лжи. А то, что говорят про Николая, – ложь.
– Можно мне надеть штаны?
Старуха только взглянула, и Лиле показалось, что она усмехнулась.
– Во сне ко мне приходила Туар, – сообщила она, когда Лиля, отвернувшись, застегивала «молнию».
