Автор
В груди у героя нет ни капли любви к главной героине. Однако он ощущает бурю эмоций, точно такую же, как и она. Герои словно танцуют в обездлённости прошлых лет, дыша одним духом в холодном свете исторического листка.
– Боже, да жениться на ней – это все равно что жениться на Гиацинте.
– Не считая того, что это было бы кровосмешением.
Колин одарил ее чрезвычайно суровым взглядом.
– Хорошо, – сказала Пенелопа, только для того чтобы заполнить паузу. – Это было ужасное недоразумение, правда? – Не дождавшись ответа, она умоляюще посмотрела на Колина: – Правда?
– Определенно, – буркнул он.
Она повернулась к матери:
– Мама?
– Пенелопа? – промолвила та не столько вопросительным, сколько недоумевающим тоном, все еще не в состоянии поверить, что Колин выбрал Пенелопу.
Пенелопа постаралась проглотить обиду. Ей следовало бы давно привыкнуть к подобному отношению.
– Мистер Бриджертон сделал мне предложение, – сказала она со всем достоинством, на которое была способна. – Я принимаю его.
– Еще бы тебе не принять его, – фыркнула мать. – Надо быть идиоткой, чтобы отказаться.
– Миссис Федерингтон, – натянуто произнес Колин. – Я хотел бы, чтобы вы обращались с моей будущей женой с большим уважением.
– Колин, в этом нет необходимости, – сказала Пенелопа, положив руку ему на локоть, но ее сердце воспарило.
– Нет, есть, – возразил Колин. – Ради Бога, Пенелопа, я прибыл сюда вместе с тобой. Я четко дал понять, что твое присутствие необходимо. Я практически выставил Фелисити из комнаты с ее акварелями. С какой стати кто-то мог подумать, что я хочу жениться на Фелисити?
Миссис Федерингтон несколько раз открыла и закрыла рот, прежде чем заговорить:
– Разумеется, я люблю Пенелопу, но…
– Но вы не знаете ее! – отрубил Колин.
"Если бы Пенелопа не держалась за его руку, то растаяла бы, превратившись в лужицу у его ног.
– Спасибо, – прошептала она. Ей было все равно, услышит ли ее мать или даже Колин. Почему-то ей было необходимо произнести это для самой себя.
«Мы представляем собой большее, чем кажется».
Лицо леди Данбери мелькнуло у нее перед глазами, ласковое и чуточку лукавое.
Может, и она, Пенелопа, представляет собой большее, чем это кажется другим. И возможно, Колин – единственный, кто это понял.
Она ощутила прилив любви к нему.
Миссис Федерингтон шагнула к Пенелопе и заключила ее в объятия. Вначале неуверенно, затем ее руки крепче обхватили дочь, и Пенелопа со сдавленным возгласом ответила ей не менее крепким объятием.
