Автор
В груди у героя нет ни капли любви к главной героине. Однако он ощущает бурю эмоций, точно такую же, как и она. Герои словно танцуют в обездлённости прошлых лет, дыша одним духом в холодном свете исторического листка.
Это личный дневник Колина. Она просто обязана отойти.
– Назад, – пробормотала она, взглянув на свою непокорную ногу. – Назад.
Нога не двинулась с места.
Так ли уж страшно, если она заглянет в дневник Колина, не переворачивая страниц? Вряд ли это можно считать вторжением в его личную жизнь. В конце концов, Колин сам оставил его открытым.
Правда, он имел все основания полагать, что никто не наткнется на его дневник, если он отлучится ненадолго. Наверняка он знал, что его сестер и матери нет дома.
И он оставил дневник открытым.
Будь там какие-нибудь секреты, наверняка он проявил бы большую осмотрительность, покидая комнату.
Пенелопа вытянула шею, пытаясь заглянуть в дневник.
Вот досада! Так она ничего не разглядит, кроме заголовка, да и то только потому, что он окружен пустыми строчками. Зато остальное написано так убористо, что практически ничего не видно.
Странно, но Пенелопа не чувствовала бы себя такой виноватой, если бы не этот последний шаг, остававшийся до заветной цели. И не важно, что ей пришлось пересечь полкомнаты, чтобы оказаться там, где она сейчас находилась.
Интересная мысль! Пенелопа задумчиво постучала пальцем по подбородку. Она уже пересекла комнату, а значит, достаточно согрешила на сегодняшний день. Один крохотный шажок – ничто по сравнению с остальным расстоянием.
Она немного продвинулась вперед, решив, что это сойдет за полшага, затем еще чуть-чуть и опустила взгляд, начав читать прямо с середины предложения.
«…в Англии. Песок здесь ослепительно белый и настолько мелкий, что скользит между пальцами босых ног, словно шелк.
Нетрудно понять, почему этот берег считается местом рождения Афродиты.
