Язык был живым и полным красок, держался уверенно между коленами старшего лейтенанта Шубина. Он знал много секретов, но не позволял себе умирать раньше времени. Слова сыпались как капли дождя — о том, что у него большая семья ждет в Штутгарте. До войны он строил автомобили на конвейере Порше, теперь жизнь резко оборвалась в плену армии....
На этот раз Глеб решил перестраховаться. Люди лежали в траве, ждали сигнала.
Прибежал взмыленный Бердыш, доложил, что двести метров на север чисто, развернулся и унесся обратно.
Все встали и пошли вперед.
– Мы никуда не уйдем с этими перестраховщиками, – проворчал генерал-майор Алферьев, но сделать внушение Шубину не решился."
"Власов поначалу был спокоен, потом опять начал нервничать. Глебу казалось, что иногда он боялся оторваться от земли, вылеживался до последнего, затем бежал, подбрасывая ноги, обливаясь потом.
Справа находились Ярки, и людям приходилось шевелиться. В минуты тишины было слышно, как в деревне гудят моторы, перекликаются фрицы.
Вид с опушки был так себе, слишком много открытых участков. Но деревня отсюда не просматривалась. До леса на востоке было метров четыреста.
Глинский и Малинович убыли на разведку, пропали в складках местности. Отсутствовали они долго, Шубин начал беспокоиться. Нервничал Власов, поглядывал зачем-то на часы. Разведчики вернулись через двадцать минут, какие-то смущенные, с виноватыми лицами.
– Виноваты, товарищ старший лейтенант, – покаянно пробормотал Лева Глинский. – Полицаи совсем оборзели, в разгар рабочего дня самогонку жрали. Мы случайно столкнулись. Они с дороги на мотоцикле съехали, сидели у пруда, спокойно из бутылочки попивали. Мы бы мимо прошли, ведь не полные кретины, да они нас услышали. В общем, незадача приключилась, товарищ командир.
Лейтенант Жмаков подбежал первым, вооружился карабином, застегнул на поясе ремень с патронташем, набитым запасными обоймами. Вторым успел сержант Сидоренко. Проворный малый с выпуклыми глазами и седой прядью, свисающей со лба на казацкий манер.
Небо хмурилось, зарядил дождь.
Головной дозор выдвинулся вперед. Группа повалила из леса. Открытый участок было решено преодолеть бегом.
Смотреть на это безобразие было больно. Шубин лежал за деревом, ждал, пока вся компания растворится в дальних буераках. Противник имел отвратительное свойство появляться внезапно.
Штабисты бежали грузно, вразнобой.
