Генерал (СИ) захватывает с первых строк: "Оба-на, какая цыпочка! — восхищенно присвистывает Леша Панкратов." Яков Егоров, главный герой, не может скрыть улыбки при виде красотки на соседней аллее. Атмосфера свежего летнего воздуха и шум транспорта дополняют ощущение элегантности и непринужденной уверенности генерала в этом романтическом повороте событий....
А когда влетаю в кабинет Ольги Михайловны, она смеется довольно.
– Вот и солнышко мое. Ложись скорее, Катенька.
За год проживания в «Соснах» я привыкла к излишне ласковому тону персонала. Хотя первое время слух резало и казалось слишком приторным.
Стаскиваю с себя толстовку и майку. Укладываюсь на кушетку и снова дергаюсь, когда слышу знакомый аромат. Или мне кажется.
Наверное, я схожу с ума. Не мог же тот мужик уже прийти на массаж. Или мог? И Ольга должна менять махровые простыни на кушетке за каждым клиентом.
– Ты сегодня какая-то нервная, – слишком заботливо отмечает Ольга, укладывая ладони мне на спину. – Что-то случилось?
– Все нормально, – упираюсь лбом в руки. Так хоть дышать можно.
– Видимо в воздухе витает напряжение, – глубокомысленно замечает массажистка, принимаясь за работу. – Все «Сосны» на ушах стоят. Генерал приехал. Ильич наш как торпеда носится. Не знает как угодить. Девицы с утра с прическами пришли. Сейчас начнется игра «Выбери меня».
– Генерал? – переспрашиваю лениво.
– Самый настоящий, – весело докладывает массажистка. – Недавно звание присвоили. Он к нам уже много лет приезжает. Всех знает, всех любит.
В голосе Ольги звучит намек и насмешка.
«Значит, генерал! – отмечаю, закрывая глаза. – Такие в «Соснах» долго не задерживаются. Вина попьет в номере, в бане попарится и обратно. И все. Труба зовет».
Проворные руки Ольги, расслабляя бегут по позвонкам. И к концу сеанса я напрочь забываю о мужчине с военной выправкой, о его мерседесе, генеральских погонах и жадных глазах.
А когда прихожу на обед в вип-зал нашей столовой вздрагиваю от неожиданности. За нашим с дядей Женей столом сидит Генерал в спортивном костюме и придирчиво рассматривает салат с рукколой и хурмой.
А меня разбирает смех. Ну Макаров! Старый интриган!
От него ничего не укроется. Заметил, как меня перекрыло. И решил вышибить клин клином. Оно и правильно. Невозможно всю жизнь жить и оглядываться.
«А Генерал ничего так. И совершенно не опасный», – уговариваю саму себя, подходя к столу.
– Приятного аппетита. – Как ни в чем не бывало, сажусь на свое место напротив.
– Взаимно, – задумчиво отзывается Генерал и с усмешкой кивает на тарелку. – Вы не знаете, что это такое?
Кошусь на оранжевые кусочки хурмы и кедровые орешки, раскиданные по зеленым листьям рукколы. И улыбаюсь светски.
– Мой салат.
– А это можно есть? – с сомнением вздыхает Генерал. Снова ощупывает меня заинтересованным взглядом.
