Генерал (СИ) захватывает с первых строк: "Оба-на, какая цыпочка! — восхищенно присвистывает Леша Панкратов." Яков Егоров, главный герой, не может скрыть улыбки при виде красотки на соседней аллее. Атмосфера свежего летнего воздуха и шум транспорта дополняют ощущение элегантности и непринужденной уверенности генерала в этом романтическом повороте событий....
На кресло летят сначала штаны, затем футболка и гимнастерка. Металлическая звезда с погон глухо стукается о деревянный потертый подлокотник. Но меня это волнует мало.
– Катя, что сейчас делаешь? – упав на постель, выдыхаю порывисто. И весь напряжен до предела. До самого конца, как последний баклан.
– Лежу в потолок гляжу, – мяукает Катерина. Маленькая зараза. Откуда свалилась на мою голову. Я ни дышать, ни мыслить связно не могу. Разучился на фиг.
– Включи видео, Кать, – прошу хрипло. – Я соскучился.
– Я тоже, – вздыхает жена.
– Тут не колония строго режима. Это там известно, когда вошел и когда вышел. А у нас все сложно. Понимаешь? Лучше покажись, девочка… Погладь себя. А я посмотрю.
– Я станцую. Бачату хочешь?
– Она еще спрашивает, – роняю изумленно и во все глаза гляжу в экран айфона, где моя голая жена начинает двигаться в такт бешенной латинской музыке. Завораживающее зрелище, чтоб я сдох.
– Я хочу с тобой танцевать бачату на нашей свадьбе, – восклицает Катерина, падая на постель. Перекатывается на живот и смотрит на меня наивно и преданно. – Соскучилась я, Васечка!
– Я тоже, Кать, – признаюсь как на духу. Пожираю взглядом сиськи жены. И чувствую, как схожу с ума. Крыша реально едет.
Эта женщина моя!
Прикрываю глаза, чтобы окончательно не рехнуться и перевожу разговор в более безопасное русло.
– Лучше расскажи, как у тебя день прошел. Как твои тренировки? Что-то ты бледная, или мне кажется…
– Свет так падает, – оглядывается по сторонам Катя и радостно тараторит. – Бегали с девочками, потом тренировались. Я теперь хорошо умею бить по яйцам и уходить от ножа. Перед обедом плавала в бассейне, после – спала. Читала, разговаривала с мамой и Настей.
– Ты там сильно не усердствуй, – смеюсь я негромко. И даже представлять не желаю, когда и где могут понадобится моей жене эти навыки. Но береженого как говорится, бог бережет.
– Мы не предохранялись вроде. Может, уже… – выдыхаю и слетаю с катушек, стоит только представить Катю беременной.
– Не фантазируйте, Василий Петрович, – смеется моя птица маленькая. Убирает волосы с лица, и я словно хмелею от легкого почти незаметного движения.
