В ночной тишине, где лишь шелест ветра и шаги мелькают на улице, Генерал Скала выходит из своего замка, готовясь к задуманному путешествию. Его легендарная ботинка выбивает дробь по широким половым доскам постоялого двора, а простое суконное платье подчеркивает его хрупкость и решимость. Сиротка в сердце генерала несет загадку, которая может перевернуть мир....
Значит, мне тоже сломали, но, похоже, более незаметно.
Медленно открывая глаза, я мерно дышала, даже не пытаясь подняться. Прерывать вживление заклинания нельзя. Оставалось только ждать и слушать, как кто-то влезает ко мне в комнату.
Штора сдвинулась, и тусклый свет Мару осветил приземистую фигуру неизвестного мужчины в сюртуке слуги Детского Дворца. Простой бежевый верх, почти без вышивки, кружевное жабо. Все светлое и оттого хорошо заметное на фоне темного неба.
Незваный гость осторожно прикрыл окно.
Тик-так. Двигался мужчина очень осторожно. Если бы я спала, то вряд ли бы проснулась. Он очень медленно достал из кармана плошку, поставил на подоконник и что-то в нее положил. Затем обернул вокруг рта и носа шарф и — поджег содержимое плошки слабым огоньком из пальца. Ого, какое-никакое, а заклинание. Такие слуги — таланты из народа очень ценились.
По комнате поплыл сладкий и… очень знакомый запах. Ухош или в просторечии — ухошка, трава, которую используют как сонное благовоние. Обращаться с ней следует осторожно, если оставить на слишком долгое время, то можно и не пробудиться. Сильное средство, даже чрезмерно, поэтому покупают его с осторожностью. Рассказывают, что одно время им травили. Надоела злая жена? Замучил постылый муж? Почему бы не зажечь немного травы для крепкого сна и «забыть» до утра?
Но прекратилось это поветрие довольно быстро из-за того, что от долгого вдыхания ухошки синеют губы и крылья носа.
В общем, осталась ухош-трава только для больных, за которыми могла присмотреть сиделка. А еще ей пользовались ленивые няньки, рискующие жизнью ребенка ради свободного вечера.
Родители несчастных чад эти хитрости быстро пресекали. Если, конечно, дите было под серьезным приглядом. Вот только… меня маленькую никто не проверял на легкую синеву губ.
Через годы я пронесла нелюбовь к засыпанию, какой-то интуитивный страх… А вдобавок — совершенную нечувствительность к этой дряни. Хоть дымы рядом запускай, у меня только настроение испортится.
Но непрошеный гость об этом не знал, он старательно, почти невесомо ступая, отошел от подоконника подальше к стене.
