Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
Раздел Chitat.online для книги «Гений, или История любви» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Она смотрела теперь на женщин и мужчин другими глазами, и мир, который до этого возбуждал только ее любопытство, теперь завладел ею, манил и сжигал изнутри, горел огнем и мог легко воспламенить все вокруг. Соня смотрела на Готье и думала: что в нем такого, от чего ей хочется остаться здесь, в этом ужасном номере навсегда? Что в нем такого, от чего она покорялась ему бездумно и всецело? Возможно, даже разрушает свою жизнь. Во всяком случае, это может выглядеть так со стороны, хоть это и не кажется таким уж очевидным. Но это желание остаться с ним до самого конца, оно действительно было сильнее ее, и сопротивляться бессмысленно, можно только стоять и ждать, когда все закончится. А в том, что оно обязательно закончится, Соня почему-то не сомневалась.
Это и есть любовь? Когда все замирает и останавливается, а мир становится маленьким, умещаясь в комнате придорожной гостиницы. Когда от мыслей о завтрашнем дне становится даже немножко физически больно. Или это что-то еще? То ли это самое, что есть у Ингрид? Та же самая болезнь или другая?
— Я не хочу уходить, — прошептал Готье ей на ухо.
В другом углу комнаты, на прикроватном столике, зазвенел будильник. Их бегство, если еще не стало очевидным, могло раскрыться в любую минуту. Надо было собираться, надо было хотя бы попытаться замести следы. Хотя, положа руку на сердце, ни он, ни Элиза не прикладывали никаких усилий, чтобы скрыть свой роман. Они только не спешили «давить на кнопку», понимая, что взрыв — это всегда плохо, что бы ни явилось катализатором этого взрыва.
Эта связь, эта измена, в которой их обвинят, не была изменой как таковой, ибо ни один из них никому не клялся в верности. Но когда это что-то меняло? Каждый воображает все, что хочет. Ингрид вообразила бог весть что про себя и Готье, и, когда взрыв произойдет, ей будет больно, очень больно. Соню расстраивало то, что когда-нибудь она станет невольным палачом и источником ее боли, хотя она и не являлась ее причиной.
Но так ли это важно — почему больно. Сильная боль важна сама по себе. Самообман — такая же часть жизни, как любовь или ненависть. Ингрид не хочет видеть вещи такими, какие они есть. Сквозь призму ее закрытых, замотанных повязкой глаз все представало в другом, в искаженном свете — какая разница. Пусть! Отчаяние сердца будет настоящим, подумала Соня. Что бы ни было тому причиной.
— И я! — сказала она.
Лицо ее любовника озарилось светом. Готье медленно наклонился к ней, притянул к себе, и ее простыня слетела на пол.
