Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
Раздел Chitat.online для книги «Гений, или История любви» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ты мой!
Ингрид визжала, а Готье, плюнув на все, с силой вырвался из ее отчаянных объятий, выхватил наконец найденный рюкзак, который завалился на пол под стол, и рванул к выходу. Леший в ужасе стоял, не представляя, что предпринять. Он был вполне готов ударить по наглому, равнодушному и даже презрительному лицу Готье кулаком, припечатать его к стене, может быть, даже убить. Но Ингрид бежала за ним, как бездомный щенок, она кричала, просила, умоляла вернуться, и ударить его сейчас было то же самое, что ударить ее. Леший с ужасом смотрел на то, как женщина, ради которой он готов на все, валяется в ногах у ничтожества. Он ничего не понимал.
— Если ты уйдешь, я покончу с собой! — крикнула она в припадке.
Готье обернулся и остановился. Возникла длинная пауза, после которой Готье вдруг подался вперед и отвесил Ингрид звонкую пощечину.
— Дура! — спокойно сказал он.
Ингрид схватилась за горящую щеку:
— Ты не покончишь с собой. А если попытаешься, чтобы вызвать у меня какое-нибудь нелепое чувство вины, имей в виду — мне это безразлично. Я сейчас уйду и больше не вернусь никогда. Ты можешь делать со своей жизнью все, что пожелаешь. Ты меня поняла? — Он приблизился к ней, взял ее лицо за подбородок, посмотрел ей в глаза.
Ингрид молчала. Тогда Готье повернулся, свистнул Бориса Николаевича, и пес послушно и радостно побежал за ним. Ведь Борис не понимал речь, но даже если бы и понимал — проблемы Ингрид ему были глубоко по-собачьи безразличны. Ему был интересен только Готье, так уж устроены собаки. Со всей щенячьей преданностью он любил своего хозяина просто потому, что так было всегда и по-другому быть не могло. Собака устроена куда проще, чем человек. Ей не нужны слова, ей не требуются обещания, собаку невозможно предать, потому что она не знает, что это такое — предательство. Даже если собаку бросят — она будет сидеть на одном и том же месте и ждать. И ей никогда не придет в голову, что ее хозяин — просто сволочь, что он просто забыл о своем псе. Кто-то скажет, что это оттого, что собаки не так умны, как люди, что они, четырехлапые, просто не могут ничего просчитать, что они наивны и любовь их тоже наивна. Возможно. Или нет. Кто знает? Готье ушел вместе со своей собакой, а Ингрид за ним не пошла.
Забавно, как самые простые варианты оказываются самыми надежными просто потому, что о таких возможностях никто не думает в силу их чрезмерной простоты. Сонина мама и бабушка в слепом изумлении бегали по всему району, опрашивали таксиста, вглядывались в лица прохожих. Они гадали, высказывали предположения. Бабушке даже пришло в голову, что Соня заранее вступила с кем-то в сговор, что ее уже ждали — машина прикрытия, сообщники, маскировочные костюмы. Конечно, звучало это дико, но бабушка ничего этого не исключала.
