Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
Раздел Chitat.online для книги «Гений, или История любви» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— У нас половина альбома — потенциальные хиты! Мы не можем их протолкнуть, не формат, понимаешь?
— Поменяйте формат. Нужно попсовое звучание, — советовали все.
Ингрид оставалось только вздыхать. Результат ее усилий — распродано около трети выпущенных дисков, но это же капля в море, и главное — никакого обратного ответа. Никакой реакции со стороны музыкальной общественности. Точнее, пара заметок в отделах культуры пары газет — и все. Ингрид сбивалась с ног, бегая по встречам. Она оборвала провода, звоня всем подряд. Она злилась, так как по-прежнему музыка была всем менее интересна, чем история о семнадцатилетней, молчащей, как рыба, Элизе. Ингрид злилась, но использовала этот пиар-повод. Как-то ее спросили, нет ли у этой Элизы романа с Готье? Ингрид только рассмеялась.
На обложке диска они смотрелись вместе так органично, хоть и были напрочь разными. Обложка притягивала внимание, вызывала вопросы, всем хотелось узнать что-то об этих странных людях, один из которых — очень современный, даже человек будущего, похожий на путешественника во времени, а другая — гостья из прошлого, из варварских времен, дикая, но красивая какой-то утерянной, не существующей уже несколько веков красотой.
— Я создала чудовище, которое меня поглотило, — хмуро улыбнулась Ингрид, отбросив подальше диск с Элизой. — Но теперь остается только торговать тем, что я создала. Правда, не вижу эффективности продаж. Топчемся на месте.
— Может, гастроли что-то изменят? — робко пытался утешить ее Володя.
Меньше всего Ингрид оказалась готова как раз к этой самой тишине, к тому, что не произойдет ровным счетом ничего. Два года работы, тысячи перезаписей и репетиций в угоду требовательному Готье, бессонные ночи, мечты о том моменте, когда… Платиновые диски, музыкальные премии, шум и репортажи на MTV — чего только не мелькало в воспаленном воображении амбициозной Ингрид! Ничего этого не произошло. Рынок приоткрыл рот, жующий жвачку и резиновый бутерброд, пошамкал накрашенными губами и поглотил альбом Готье, не издав ни единого звука. События не случилось, ничего не произошло.
С другой стороны, видение самого Готье в корне отличалось от того, как ситуацию воспринимала Ингрид. Он смотрел на выход альбома как на шаг правильный и как на шаг вперед. То, что альбом не принес ему и группе моментальной мировой славы, он воспринимал без огорчения, поскольку ничего такого и не ждал. Его волновали вопросы музыкальные, вопросы чувств и эмоций, которыми он наполнил звучание. В этом смысле альбом его устроил. Вернее, он с ним смирился, так как Готье относился к тому типу людей, которые никогда не бывают чем-то до конца, полностью и всецело удовлетворены.
