В клинике врача работают таланты из высшего общества, а роль интерна ждет одного из самых способных. Только один претендент получит шанс — Михаил Анатольевич Зубов строго выбирает свою наследницу среди конкурентов. Комната моей семьи заполнена презрением и неодобрением, но я готов бросить все для того, чтобы достичь цели....
Пациент с этажа аристократов, сразу видны особые привилегии. Вообще нарушать больничный режим было строго запрещено. А уж тем более в первые же дни после поступления.
Ведь если пациент уже оформлен в клинику — то ответственность за него лежит уже на клинике. Однако в случае с аристократами всегда есть место исключениям.
— Хорошо, — пожал я плечами.
Остальные разбежались по пациентам, и мы остались с Михаилом Анатольевичем вдвоём.
— Это не моё распоряжение было, мне сверху приказали, — вдруг проговорил он. — Я сам против такого.
Зачем-то он решил передо мной оправдаться. Хотя я его понимаю, с самого начала он производил впечатление принципиального человека и, видимо, не захотел, чтобы этот образ разрушился.
— Понял, — кивнул я. — Обойду пока что старых пациентов, осмотрю их.
— Давайте, — Зубов буркнул как обычно — недовольно, но я сумел услышать поощрение в его словах.
Пациентов он давал пока что только на один день. Далее занимался лечением сам или передавал другим терапевтам. Но мне всё равно хотелось наблюдать всех своих больных, я чувствовал за них ответственность.
По другим палатам я прошёлся довольно быстро, все пациенты чувствовали себя лучше, что не могло не радовать.
Вернувшись, Зубова я уже не обнаружил. Зато в сумке нашёлся Клочок.
— Ну что, выяснил? — спросил я.
— Да, хозяин, — отозвался крыс. — Это точно не Тарасова. Но я нашёл, чей это был запах.
— Ну говори уже, не томи, — поторопил его я.
— Ампулы и ключи вам подбросила… — крыс сделал драматическую паузу, — ваша главная медсестра.
Значит, я был прав. Всё-таки это Ольга Петровна…
Глава 6
Я заподозрил главную медсестру почти сразу же, как понял, что Тарасова это сделать бы не могла. И начал рассуждать, у кого ещё была такая возможность.
И Ольга Петровна подходила просто идеально. За её передвижениями никто не следил, она тоже имела доступ к ординаторской, она прекрасно могла подгадать момент, чтобы взять морфин.
Да и когда она забежала, чтобы сообщить о находке под своим шкафом — выглядела очень уж шокированной.
Скорее всего, она испугалась, что это моё своеобразное возмездие ей. И поспешила признаться, чтобы избавиться от подозрений самой.
Вчера я не подозревал её, потому не сильно обращал внимания на всю её реакцию.
Она казалась сильно напуганной, что было бы логично, ведь это её ответственность. Но оказалось, напугана она была из-за своего поступка.
