В клинике врача работают таланты из высшего общества, а роль интерна ждет одного из самых способных. Только один претендент получит шанс — Михаил Анатольевич Зубов строго выбирает свою наследницу среди конкурентов. Комната моей семьи заполнена презрением и неодобрением, но я готов бросить все для того, чтобы достичь цели....
Каким бы современным не было отделение, но количество пациентов и темп работы нигде не меняется.
Я зашёл в третий кабинет, где увидел молодую девушку в розовом хирургическом костюме.
— Вы пришли заменить Антона Кирилловича? — спросила она.
— Да, — кивнул я. — Боткин Константин Алексеевич, врач-терапевт.
— Я Лиза, — торопливо отозвалась она. — В общем, вам распределяют пациентов, они появляются в компьютере. Спрашиваете жалобы, если надо — назначаете что-то из обследований и распределяете либо в отделения, либо отправляете домой.
Раз я сегодня дежурю в терапии, если распределю кого-то к себе — сам и буду разбираться дальше. Забавно, у какого-нибудь пациента есть шанс пройти через меня несколько раз.
Не успел я усесться за стол, как ко мне уже зашёл первый пациент.
Удобно тут всё-таки в приёмном всё устроено! В отделении, чтобы добиться от пациента жалоб, надо три раза с бубном станцевать.
— Добрый вечер, господин, — низко поклонился мне Якушев.
— Здравствуйте, можно не так официально, это клиника, а не дворянский двор, — улыбнулся я. — Расскажите про симптомы, давно ли появились, чем ещё сопровождаются?
— Константин Алексеевич, я же вам сказала, времени мало, — затараторила Лиза.
Я не сторонник классификации работников клиники в соответствии с карьерной лестницей, но сейчас эта милая девушка резко перешла все границы. Указывать врачу, да ещё и при пациенте — не самая лучшая идея.
— Врач здесь я, — холодно ответил я ей. — Так что я буду решать, куда направить пациента. А желтуха, к общему сведению, бывает не только при инфекциях.
Она явно говорила про гепатит, но это также может быть механическая желтуха, которую часто вызывает желчнокаменная болезнь.
А это уже три разных отделения! Можно, конечно, класть в терапию и разбираться уже в отделении, но зачем пациента гонять по этажам?
Лиза обиженно поджала губы и притихла.
— Больше ничего не беспокоит, — отозвался Семён Петрович. — Пожелтел резко, и всё. Дня два уже как.
