Автор
В холодном уютном домике ждет встреча с моложащею и притягательною женщиной, но каждое движение в ней запечатлено мимолетными черточками старости. Дашенька исходит хитрости изрядной – от антисинякового крема до фальшивых свидетельств подержанных авто, чтобы выглядеть молодее. Эта история о том, как стремление к красоте порой тянется за ложными сияниями....
Да они и не очень спешили – не жилой ведь дом. Лидия Сергеевна бравых парней даже на участок не пустила. И очень на Федоровых рассердилась, на Валерия и Майю, они тогда по соседству жили и наряд вызвали.
– Родители Егора? – уточнила я.
– Точно, – подтвердила Эстер. – Они пламя из окна увидели и в пожарную часть звякнули. Лида брандмайору сказала: «У нас на участке цветы раритетные посажены, вы их потопчете. Спасибо, что побеспокоились, но до свидания». Ситуация получилась не очень приятная. Да и потом тоже… Начальник наряда стал возмущаться, дескать, им надо посмотреть, разобраться, а хозяйка в ответ:
– Знаю я о ваших повадках, сейчас сопрете у нас что-нибудь и скажете, что в огне погибло.
Брандмайор ушел, бурча под нос:
– Еще раз позвонишь – никто к тебе не приедет.
– Я вас не беспокоила, – парировала Лидия, – идите к Федоровым и их отчитывайте. Подняли шум из-за дощатой будки.
Лида так разозлилась на Федоровых, что на следующий день, когда Майя прибежала к Бархатовым, не захотела выйти в прихожую.
– Скажи ей, у меня мигрень, – велела она Эстер.
– Хозяйка приболела, – сообщила экономка соседке.
– Очень жаль! – нервно воскликнула Майя. – Простите, Егор не у вас?
– Нет, – удивилась прислуга. – Что ему сегодня здесь делать? Он приходит к Юрию, а тот захворал, лечится сейчас. А что случилось?
– Гоша пропал! – зашмыгала носом мать. – Со вчерашнего вечера его нет. Хватилась его в полночь, заглянула в комнату, где ребята спят, двое сыновей на месте, Гошина постель пустая.
– В двенадцать ночи всполошились? – протянула Эстер. – А за ужином сын присутствовал?
Майя покраснела.
– Я поздно приезжаю с работы, муж тоже занят, нелегко ведь поднять на ноги ораву детишек, вот и вкалываем без отдыха. Они сами едят, а потом спать укладываются. Я подумала, Гошик у вас ночует.
– Мы бы никогда не оставили в доме ребенка, не поставив в известность его родителей, – с укоризной ответила ей Эстер.
Рассказчица перевела дух, и именно в эту минуту, словно почувствовав, что мы говорим о нем, в кухню вошел Егор.
– Можно чаю? – попросил он. – Жажда замучила.
Эстер пошла к банке с заваркой, а я взяла поднос с едой и поспешила к Андрею Валентиновичу. На сей раз академик решил не утруждать себя излишней вежливостью.
– Продукты? Хорошо, – буркнул он, увидев меня. – Поставь куда следует.
