Автор
В холодном уютном домике ждет встреча с моложащею и притягательною женщиной, но каждое движение в ней запечатлено мимолетными черточками старости. Дашенька исходит хитрости изрядной – от антисинякового крема до фальшивых свидетельств подержанных авто, чтобы выглядеть молодее. Эта история о том, как стремление к красоте порой тянется за ложными сияниями....
– А как тут кривлялась, говоря о том, что ничего не слышала о нашей семье много лет!
– Разве Агния могла явиться в дом Бархатовых одна? – хмыкнула я. – Она понятия не имела, что Игорь и Софья отправились отдыхать. Вдруг зять Андрея заподозрит неладное? Вот мошенница и попросила Галину сыграть роль дочери.
– Нет, – подала вдруг голос Эстер, – не так. Она спокойно могла прибыть одна и сказать, мол, дочери тяжело в каталке из дома выезжать, никто бы проверять не стал. Ты, Даша, права, люди хоть и недоверчивые, но друг другу верят.
– Тупая фраза! – зло сказала Агния.
– По-моему, очень справедливая, – не сдавалась Эстер. – Я отлично Гнюшку знаю. Она за бабки кирпич съест. Приволокла сюда инвалидку, чтобы жалость к себе вызвать, рассчитывала «пособие» увеличить и, наверное, хотела Лидии побольнее сделать, показать, что Соня натворила. Гнюшка ее всегда ненавидела, навряд ли и теперь любит. Галина, вылезай из кресла, хватит актерствовать!
Женщина покраснела, встала и пошла к дивану.
– Чудо, господа, чудо! – заерничал Антон. – Эстер исцелила паралитика! Ишь как бойко семенит!
– Хватит, – оборвала я его, – сосредоточимся на главном. Лидия, внимательно читайте свидетельство о смерти. Что в нем не так?
Глава 33
– Елена Андреевна Бархатова… – повторила Лидия. – Ничего особенного.
– Почему она «Андреевна» и «Бархатова»? – сразу уловил суть дела Антон.
Я подняла руку.
– Вот. Вопрос не в бровь, а в глаз. Девочка должна иметь отчество и фамилию отца, а не дяди.
Та отвернулась к окну и молчала.
– Ничего странного не нахожу, – вмешался в беседу Николай. – Андрей – распространенное имя, не Онуфрий или Аполлинарий. Скорей всего ее отец тезка академика. И Лена родилась вне брака, вот мать и записала ее на свою фамилию.
Агния упорно продолжала смотреть в окно, а Лидия Сергеевна вдруг вспомнила об обязанностях радушной хозяйки.
– Ой! Наверное, все пить хотят! Предлагаю прекратить этот разговор и отдохнуть за чашкой чая.
"– Вокруг самовара устроимся позднее, – бесцеремонно заявила я. – Хорошо, что Николай сказал: «Записала ее на свою фамилию». Агния, представьтесь, пожалуйста, скажите, что у вас написано в паспорте? Кстати, Лидия, вы когда-нибудь видели документы своей золовки?
– Нет. А зачем мне в них заглядывать? – прощебетала вечно юная дама.
