Автор
В холодном уютном домике ждет встреча с моложащею и притягательною женщиной, но каждое движение в ней запечатлено мимолетными черточками старости. Дашенька исходит хитрости изрядной – от антисинякового крема до фальшивых свидетельств подержанных авто, чтобы выглядеть молодее. Эта история о том, как стремление к красоте порой тянется за ложными сияниями....
А глупая баба в ответ: «Софья Андреевна велела, сказала: «Скоро из комнаты отца мыши побегут, немедленно разбери бардак». Выходит, мой рабочий порядок дочку не устраивает. Но разве я не хозяин в доме? Или такой уж неряха? Кто позволил Соне в чужом кабинете распоряжаться?"
"Игорь привез тестя назад и построил для него отдельный небольшой домик. Теперь в семье тишь да гладь. Лида, Соня, Антон и Гарик живут в двухэтажном здании, Андрей же Валентинович обитает в собственном четырехкомнатном коттедже.
Земли у академика много – участок-то он получил еще в советские годы, когда для элиты сотки не считали, и размер надела равен двум гектарам.
Переселившись, академик совсем превратился в затворника. Он не пускает к себе прислугу и свел общение с семьей к минимуму. Игорь относит тестю продукты, ставит в холодильник готовый обед-ужин. Именно зять по мере необходимости забирает у Андрея Валентиновича грязное белье и возвращает его чистым. Бархатов не испытывает желания видеть ни жену, ни дочь, ни сына. А те смирились с мыслью, что ученый – ненормальный, и не тревожат его.
Понимаете теперь, почему я считаю Игоря счастливым лотерейным билетом семьи Бархатовых? Много вы знаете мужчин, которые способны так заботиться о тесте и теще?
– Дашенька, – сонно пробормотала Лидия, – иди попей кофейку с булочками, я подремать хочу.
– Что такое? – насторожилась я.
– Побаливает, – призналась мадам Бархатова и осторожно пощупала область около правого, а затем левого уха.
– Все же не стоило этот чип ставить, – с легкой укоризной произнесла я. – Ох, влетит мне от Сони!
Лидия прижала к губам тонкий, совершенно не тронутый артритом палец.
