Автор
В мире будущего люди программируются под специалистов, а странный контракт капитана корабля открывает скрытые загадки. Экипаж, летящий к звездам на звездолетах, сталкивается с необъяснимыми событиями. Начинается игра предопределенности и борьба за свободу в мире, где декорации определяют судьбы.
Раздел Chitat.online для книги «Геном» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В мире будущего люди программируются под специалистов, а странный контракт капитана корабля открывает скрытые загадки. Экипаж, летящий к звездам на звездолетах, сталкивается с необъяснимыми событиями. Начинается игра предопределенности и борьба за свободу в мире, где декорации определяют судьбы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Лукьяненко Легкое чтение Фантастика Научная фантастика подборки серии
В мире будущего люди программируются под специалистов, а странный контракт капитана корабля открывает скрытые загадки. Экипаж, летящий к звездам на звездолетах, сталкивается с необъяснимыми событиями. Начинается игра предопределенности и борьба за свободу в мире, где декорации определяют судьбы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Ты знаешь… – Голос Ким прозвучал тихо, но… что-то было в нем. Какая-то немыслимая, невероятная честность, робкая отвага, откровенность, признательность… душа. – Ты знаешь, увидев тебя, я поняла – это навсегда…
Алекс поперхнулся. Глаза Ким были по-прежнему закрыты. Она витала в своих фантазиях.
Словно в поисках поддержки Алекс посмотрел на Беса. У чертенка отвисла челюсть.
– Да, – согласился Алекс. – Хотел бы я услышать такое в свой адрес. Глупо, конечно, но хотел бы.
Ким улыбалась, не открывая глаз. Он снова вытер ей потное лицо. Подумал и сообщил Бесу:
– А может быть, и нет. После этого трудно быть сволочью, а все равно бы пришлось.
Бес одобрительно кивнул.
– Бальмонт, – неожиданно сказала девочка. Помолчала немного. – Айвазовский. Гоген. Микеланджело.
Алекс пожал плечами. Подошел к окну, включил прозрачность. Над городом уже поднимался рассвет – мутный, дымный, как и положено на Ртутном Донце. Вчерашний день кончился, канул в прошлое.
– По. Шелли. Шекспир. Китс. Набоков. Акутагава…
– Пушкин, – предложил Алекс, не оборачиваясь.
– Пушкин. Лермонтов. Фет…
Ким помолчала и заговорила быстрее:
– Верлен. Рембо. Бернс. Гейне. Шиллер. Гёте. Бодлер. Уитмен. Уайльд.
– Правильно, не замыкайся на русских, – сказал Алекс. – Хорошее классическое образование, одобряю… только какого дьявола оно солдату?
– Хотел бы я знать, по какому принципу ты их чередуешь…
– Шопен. Чайковский.
– А с поэзией мы уже закончили? – спросил Алекс.
– Данте… – с легкой неуверенностью произнесла девочка. – Гумилев. Быков. Робеспьер.
– Чего? – заинтересовался Алекс. Посмотрел на Ким – та облизнула губы и начала говорить очень быстро:
– Черчилль. Ленин. Маркс. Ганди. Гейтс. Дэн Ляо Вэнь.
Алекс уселся в кресло, закрыл глаза, вытянул ноги. Он все-таки изрядно устал. А девочка все говорила и говорила, проносясь по земной истории с непринужденностью и точностью шрапнели. Некоторый перекос все-таки остался в сторону поэзии и музыки, но ни политика, ни живопись, ни архитектура, ни наука не остались незатронутыми.
Похоже, Ким и впрямь шла путем своего метаморфоза. Вложенные в перинатальном периоде знания взрывались сейчас в ее мозгу маленькими бомбами. За каждым названным именем для нее вставал целый образ – даты рождения и смерти, события, картины и стихи, строки из воззваний, сплетни, может быть, даже инсценировки и архивные видеозаписи.
Все очень мило. Только совершенно ни к чему для бойца-спец.
Несколько раз он просыпался от тишины – Ким замолкала, потом начинала говорить на немецком, который Алекс почти не знал, на японском, на английском, на русском, на китайском. Имена давно уже кончились. Теперь она просто вела беседы с несуществующими собеседниками. Беседы ни о чем.
