В дождливый летний день в Пограничье, любители природы находят не только спасение от жары, но и новые тайны в звуках стекающей воды и тропических растениях. Каждая капля осадка открывает новое свидетельство о геноме хищника, который манит на себе жертв через самые незаметные знаки....
Ещё вроде бы целый (ничего не оторвано), но насчёт невредимости было очень много сомнений. Ноги и руки были сломаны, конкретно так — каждая буквой «Г», и разнесены в разные стороны. Получалась ни то свастика, ни то какая-то осьминожка.
Позвоночник тоже был сломан, а рядом с доктором валялась сломанная швабра. Куда делась её половина я не понял, но в докторе её на первый взгляд не было. При этом Феликс был ещё жив. Стонал и едва слышно, что-то бормотал.
— Я живой… Живой…
— Охренеть, как некоторые всё дословно понимают… — пробурчал я и, чётко проговаривая слова, перевернул доктора.
Ответа не последовала. Только резкий вопль и потеря сознания от болевого шока.
Внимание! Активирован режим самоуничтожения. Немедленно покиньте лабораторный комплекс. До взрыва осталось одна минута…
Приводить в чувства его уже было некогда. Тащить с собой, только время потерять и всё равно угробить. Я быстро прощупал его по карманам. Нашёл контейнер с геномами, связку ключей и небольшую записную книжку.
"— Повезло тебе, что так и не поговорили, — сказал я, срываясь вверх по лестнице.
Голос из громкоговорителей уже не замолкал. Отсчёт шёл по секундам, к противному голосу добавился вой сирены, сквозь которую пробивался требовательный, даже истеричный автомобильный гудок.
И как только я прыжком запрыгнул в кузов, Купер дал по газам. С визгом пробуксовал по стальному полу, вильнул, едва вписавшись в ворота, и помчал по тоннелю. Первый взрыв мы сначала почувствовали — вздрогнула скала, и задрожал пол под колёсами.
А потом долбануло уже по серьёзному! Огромный кусок скалы за нашей спиной сложился, устроим локальный каменный армагеддон. Машину подкинуло, а всё вокруг затянуло пылью.
Купер остановился не сразу.
