А потом Служкин и сам не стал здороваться. Близились каникулы, и можно было надеяться, что после них конфликт забудется сам собою. Оставалось только пережить итоговый педсовет за третью четверть, прогулять который было опаснее, чем убить Розу Борисовну.
Служкин явился на педсовет, старательно теряясь в толпе учителей, и сел в сторонке на самое незаметное место. Итоги четверти подводили долго, с перебранками. И учителя, и Роза Борисовна распалились. Наконец речь дошла до учителей-предметников.
– География! – в последнюю очередь объявила Роза Борисовна и стала демонстративно долго разыскивать в папке служкинский отчёт.
– Вызывает недоумение дифференциация оценок по географии у девятых классов, – сказала Угроза. – В «а» классе почти у всех пятёрки, в «бэ» – четвёрки, в «вэ» – тройки. Чем вы это объясните, Виктор Сергеевич? Конечно, эти классы мы составляли из сравнительно равных по силам учеников, но ведь не может быть, чтобы в «а» средний балл был четыре и семь, а в «вэ» – три и один!
– Чего заработали, то и получили… – пробормотал Служкин.
Угроза сделала большую паузу, раздавливая его тишиной.
– Лично у меня, – начала она, – складывается ощущение, что дело тут не в знаниях учеников, а в личных пристрастиях учителя, то есть в личности самого Виктора Сергеевича. Насколько я знаю, педагогические приёмы Виктора Сергеевича довольно далеки от традиционных. К песням, которые он исполнял на уроках в первой четверти… – тут смех прокатился по учителям, – …в третьей добавляются ещё и массовые прогулы, инициируемые учителем, катания с горок вместо экскурсий, в которых Виктор Сергеевич участвует наравне с учениками, и многое другое. Сама я лично видела Виктора Сергеевича вместе с учениками влезающим с улицы в окно своего кабинета на втором этаже, а на моё замечание он в присутствии всего класса отреагировал с таким пренебрежением, которое граничит с хамством…
Угроза раскатывала Служкина в блин ещё с четверть часа.
– Итак, Виктор Сергеевич, – закруглилась она, – четвёртая четверть для вас становится решающей. В это время мы формируем педколлектив для работы в следующем году, и я не исключаю, что наш коллектив отнесётся к вашей попытке занять в нём место не очень одобрительно. Впрочем, всё зависит от вас.
Разгромом Служкина педсовет и закончился. Руины Служкина, дымясь, сидели за партой, когда все учителя начали с облегчением вставать и греметь стульями. Служкин не поднимал глаз.
