Автор
Величественный замок Клайвдон превращается в цент подъема после рождения герцогского падаванка. Колокола непрерывно бьют радостную трель, а сельчане из Клайвдон со всей готовностью приходят разделить этот торжественный момент с новоиспечённым герцогом и его семейством. Отец будущего наследника Саймон доверительно переговаривается с местным пекарем, утверждая, что в его рождении не было обычной новорожденной души....
Похоже, «Герцог и я» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Я запрещаю тебе так выражаться в моей гостиной!
Дафна опять фыркнула.
Лицо Саймона сохраняло выражение, присущее учтивому гостю. Он лишь слегка повернул голову в сторону раздраженного друга.
Тот ответил яростным взглядом и затем вновь обратился к матери.
– Я очень люблю Саймона, – пытаясь говорить спокойно, произнес он. – Но мой друг не из тех людей, кому следует доверять в данном случае. Можете вы это понять, черт…
– Да, конечно, – поспешила его заверить леди Бриджертон. – Но и ты пойми – герцог нанес визит твоей сестре.
– И преподнес цветы твоей матери, – миролюбиво добавил Саймон.
Энтони уставился на его нос, и Саймон не без оснований подумал, что тот вознамерился нанести некоторые повреждения этой части лица.
Однако худшего не произошло, и Энтони снова обратился к виконтессе:
– Вы хоть понимаете, какая у этого человека репутация?
– Полагаю, такая же, как и у тебя, – спокойно ответствовала она. – Кроме того, бывшие повесы обыкновенно становятся превосходными мужьями.
– Вздор! И вы не знаете…
– Энтони, он, как и ты, не настоящий повеса, – подала голос Дафна.
Взгляд, который бросил на нее брат, был выразителен до комичности, и Саймон едва сдержал смех. Его остановила лишь мысль, что в начавшейся битве между сжавшимся кулаком Энтони и его мозгами может с легкостью победить первый, а этого Саймону не хотелось. В прошлые годы их редкие сражения кончались большей частью вничью, но происходили они все же не в гостиной респектабельного дома и тем более не в присутствии дам.
– Вы не знаете, – сдавленным голосом повторил Энтони, – не знаете, что он раньше вытворял…
– Что вы вытворяли, Энтони, – поправила его мать.
– Да, верно, мы! Но ведь речь идет о моей сестре, черт побери! И то, что у него на уме – я в этом уверен, – имеет весьма малое отношение к поэзии или к цветам!
Он ткнул пальцем в букет, так и не дождавшийся вазы с водой.
– Они скоро завянут, – вспомнила Дафна, – я пойду…
– Подожди! – рявкнул Энтони.
– Это очень редкие тюльпаны, – пояснила мать. – Они прямо из Голландии.
– Да хоть из Африки!.. Я готов убить его! Он недостоин целовать ее туфли!"
"– Энтони, – сказала леди Бриджертон, – когда ты научишься наконец сдерживать эмоции? Не завидую твоей будущей жене.
– Ее не будет, черт подери! Во всяком случае, до тех пор, пока я не решу судьбу своей сестры.
