В Перебике Первого подгорного банка, где черные двери и скрипущие половицы создают непреодолимое ощущение времени, проходит обычное банковское дело. Но в этот раз суммы выросли настолько, что гномы начинают вздыхать от изумления. Технологии неутомимого герцога и его дьяволицианского плана вот-вот вырвутся на поверхность, меняя все вокруг....
Тем более, я вывела их корабль на курс, прибьет течением к берегу через полчаса.
Она подошла к буксирному канату, вынула тесак и осторожно, чтобы не получить удар натянутым тросом, разрубила его в несколько ударов. Натянутый канат лопнул, рассекая концом воздух, и полетел в сторону когга.
Увлеченные плясками найденыши сначала не обратили внимания на удар каната. А вот потом…
— То, что доктор прописал, — усмехнулась Нкечи глядя, как корабль рабовладельцев захватило течение и стало потихоньку сносить к берегу.
— Не разобьются?
— Нет.
"На корабле раздался шум, гам, превратившийся в многоголосый вой. Спасенные столпились на носу, угрожающе крича и потрясая трофейным оружием, которое мы им оставили.
— Что, не нравится, голубчики? — оскалилась Нкечи. — Мне вот вы тоже не нравитесь.
— Угу, аналогично. Точно доберутся до берега в целости и сохранности? — поинтересовался я.
— Абсолютно, — подтвердила она.
Толпа бесновалась и выла — как же, а кормить и защищать кто будет? Спасли — значит должны! Хрен вам по всей морде, здесь не земные штаты, не будет вам вэлфера.
— Щас за борт попрыгают, а у меня рука не поднимется веслом столкнуть… — прищурился я, глядя на нос когга.
— Не попрыгают, — скривилась Нкечи. — Они — жители саванны, плавать не умеют. У них инстинктивный страх перед водой. Думаешь, почему они терпят экипажи, числом меньше себя? Страх, дикий животный ужас перед большой водой.
Корабль тем временем относило течением все дальше и дальше, и, наконец бросило боком на песчаный пляж. Неудавшиеся рабы издали какой-то особо свирепый охотничий вой, прямо как болельщики — кричалку с тем же смыслом «Судью на мыло!».
— Что-то мне после такого приема не хочется их забирать обратно, — поежился я. — Пусть обживаются там сами. Лачуги строят, пропитание добывают… У них вон целый транстуранский корабль для этого есть.
— Через неделю будут шелковые., — успокоила меня Нкечи. — В ногах будут валяться, лишь бы кормильцы и поильцы забрали их обратно.
— Чтобы потом при случае иссегай под ребра загнать?
— Эти могут, да, — подтвердила она.
— Да и проживут они тут до первого пирата, — покачал головой я. — А вдруг сюда заявятся?
— Вот и посмотрим, — подмигнула Нкечи. — Элтик мало кто использует.
