Автор
Девина укладывает шляпку под правильный уголок перед зеркалом. Она разглаживает лайковые перчатки в ожидании, несомненно, важного мужчины. Приглашение для приема пришло три дня назад - на кремовой бумаге с изысканными водяными знаками и запечатанное искусной почерком. Кажется, ей предстоит подождать довольно долго – наверняка самые важные гости станут первыми к ней приходить....
Девина хотела, чтобы он снова прикоснулся к ее груди. Она едва не схватила его за руку, чтобы дать ему это понять.
– Ты еще девственница. – Последовал долгий выдох.
– А ты думал, что нет?
– Ты жила, не зная светских условностей, – продолжил герцог. – Так что, думаю…
– Это не имеет значения.
– Вряд ли. Джентльмены не губят невинных.
– Вздор. Я уверена, что они постоянно это делают.
– Только не я, – заявил Брентворт.
Девина выпрямилась и внимательно посмотрела на него. Было очевидно, что он говорил серьезно.
– Черт бы вас побрал, ваша светлость, – пробурчала Девина. – Сначала распалили женщину, довели ее до такого состояния, что она… А потом не…
Ей в голову пришло сразу несколько самых скандальных слов, но среди них не было ни одного медицинского термина.
Спрыгнув с его коленей, Девина проговорила, указав на верхнюю часть его брюк:
– Давайте подождем немного, чтобы вы смогли привести себя в порядок.
– Вы так думаете? Жаль, здесь нет зеркала. – Герцог громко рассмеялся, затем привлек ее к себе и погладил по волосам. – Один из плюсов такой стрижки в том, что волосы не кажутся растрепанными даже после подобного неблагоразумия.
Девина судорожно сглотнула:
– Значит, я сразу же должна была сообщить вам о моей… неопытности?
– Неверное толкование – только моя вина.
– Нет, не мерзавцем. Даже не думайте такого. Ведь я… В общем, я была совсем не против, поэтому вы не должны называть себя мерзавцем."
"Девина подозревала, что проснувшаяся в ней женщина станет наслаждаться воспоминаниями о случившемся еще много месяцев. Тело ее все еще пылало, а кровь бурлила, и ей очень хотелось, чтобы герцог хотя бы на время забыл о своем джентльменском благородстве.
А он вдруг встал и с улыбкой сказал:
– Что ж, приятно это слышать. – Обхватив лицо девушки ладонями, он поцеловал и тут же отступил. – А теперь вам следует подняться наверх одной. Я еще немного подожду.
Девина направилась к двери, все же надеясь, что Брентворт последует за ней. Но он, разумеется, не пошел.
– Полагаю, теперь мы возвращаемся в состояние вражды? – сказала она, обернувшись.
– Боюсь, это уже невозможно.
