Автор
В Гайд-парке в 1815 году маркиз Локингтон и наследник титула герцога Дрейкстоун сидел в двуколке, голова раскалывалась от боли. Однако его скрытность не могла склонить к разгадке любых происходящих вокруг изменений — Брэй всегда искусно маскировал свои эмоции, особенно боль....
"
"– Послушайте, мисс Гвен, – произнес он, – выбирайте сами: либо вы будете бегать здесь с заплаканными глазами и привлекать всеобщее внимание, либо сейчас же остановитесь и спокойно расскажете мне, что случилось.
– Ничего не случилось, – ответила девушка, пряча от него глаза. – Все в порядке!
– Нет, мисс Гвен, я же вижу, что не все в порядке!
Гвен наконец подняла взгляд на Брэя. В ее глазах стоял страх. Точно такой же взгляд был у ее брата, когда он понял, что его уже не спасти; в нем читался вопрос: «Почему это случилось именно со мной?» Брэю вдруг ужасно захотелось защитить и утешить это невинное создание.
– Расскажите мне, что произошло, – сказал герцог очень тихо и в то же время таким тоном, что Гвен наверняка поняла: он не оставит ее в покое, пока не добьется ответа.
– Ничего, – снова повторила девушка, однако, судя по ее лицу, в ней сейчас происходила какая-то внутренняя борьба.
– Если ничего не случилось, то откуда у вас кровь на губе?
– В самом деле? – Гвен потрогала пальцем нижнюю губу. – Должно быть, случайно прикусила, когда он…
Брэй слегка коснулся ее плеча, словно хотел сказать: «Отойдем немного, чтобы нас никто не видел…» Они сошли с дорожки и встали у стены, подальше от любопытных глаз.
На губе Гвен на самом деле не было крови, но Брэй нарочно сказал это, чтобы заставить ее признаться, что же все-таки произошло.
– Вы уединялись здесь в саду со Стандишем? – спросил он, протягивая Гвен платок.
– Нет. Одна. Клянусь вам, я была одна! – В глазах девушки по-прежнему стоял страх.
– Не лгите мне, мисс Гвен!
– Только, ради бога, не говорите Луизе, ваша светлость! – прошептала Гвен. – Сестра будет очень сердиться! Она не велела мне уединяться с ним… Даже советовала не думать, что он любит меня, пока он сам этого не скажет… Я не верила ей, но она оказалась права! Я сама во всем виновата…
– В чем вы виноваты, мисс Гвен?
– Он хотел поцеловать меня… Я не возражала. Я сама хотела, чтобы он меня поцеловал… Но затем он захотел дотронуться до меня. Я сказала, что не позволю ему, пока он не поклянется, что женится на мне, но он не послушался… А я-то думала, что он меня любит…
– Тише, – прервал ее Брэй.
Девушка помотала головой, послушно вытирая слезы его платком.
– Разумеется, нет, – всхлипнула она. – Я не хочу, чтобы Луиза об этом узнала… Я была уверена, что он любит меня…
– Мужчины вообще подлые твари, мисс Гвен.
