Автор
В Гайд-парке в 1815 году маркиз Локингтон и наследник титула герцога Дрейкстоун сидел в двуколке, голова раскалывалась от боли. Однако его скрытность не могла склонить к разгадке любых происходящих вокруг изменений — Брэй всегда искусно маскировал свои эмоции, особенно боль....
– Впрочем, что я говорю?! Я вообще не должна была дотрагиваться до вас в любом месте…
На лице Луизы отразился такой ужас, словно она совершила некий смертный грех, за который ей вовек не будет прощения ни на этом свете, ни на том.
«Неудивительно, – усмехнулся про себя Прим, – она ведь дочь священника! Наверняка получила ханжеское воспитание…»
Но Брэю казалось, что он знает, как «вылечить» Луизу от этого раз и на всю жизнь.
– Мисс Прим, – объявил он, – вы дотронулись до меня именно в том месте, где я сам того хотел!
Глава 12
Прочь, проклятое пятно, прочь, я сказала!
У.
Луиза почувствовала, как краска стыда заливает ей лицо, нет, все тело, все существо… Как она теперь снова сможет посмотреть в глаза его светлости?
– Да, вы дотронулись до меня именно в том месте, в каком я сам бы этого хотел, – как ни в чем не бывало повторил герцог.
– О боже! И вы еще повторяете! – прошептала она.
– Мисс Прим, – улыбнулся он, – я имел в виду сердце! Вы проникли мне в самое сердце!"
"Луиза замерла.
– Я вам не верю! – сказала она.
– Вы считаете, что я лгу? – усмехнулся Брэй. – Подумайте, мисс Прим, в чем вы меня обвиняете! Вы ведь дочь священника, в конце концов… Согласно Библии, ложь – страшный грех!
– Вы хотите сказать, – усмехнулась, в свою очередь, девушка, – что у вас есть сердце?
– Ну, не знаю… может, вы и правы, но, что бы ни было у меня на месте сердца, вы это затронули!
По выражению лица герцога Луиза никак не могла определить, говорит ли он всерьез или шутит.
– Ответьте мне на тот вопрос, который я вам задала, ваша светлость! – собравшись с духом, произнесла она.
На каменном лице герцога вдруг отразилось нечто вроде нерешительности. Как ни старался он сдерживать свои эмоции, от взгляда Луизы не укрылось, что сейчас его светлость явно колеблется: сказать или не сказать?
– Да, – кивнул наконец он.
Луиза почувствовала, как опять вспыхнули щеки.
