Генеральный штаб получил известие о том, что армия гоблинов может насчитывать до нескольких сотен тысяч бойцов, что они вооружены и беспощадны, а Симмерская ведьма – страшная колдунья, владеющая разрушительной магией. Докладывалось, что из полка уцелело всего около двух с половиной сотен человек, и что, как бы ни существенны были потери гоблинов, это было лишь каплей в море по сравнению с их общей численностью.
Всё это было как гром среди ясного неба и спутывало все карты латионских военных. Такая чудовищная мощь, невесть откуда взявшаяся на востоке, стала всё больше походить на наковальню, между которой и молотом полчищ Тондрона оказались зажаты государства цивилизованного мира. Что делать с этой мощью – договариваться или продолжать бороться? Но во втором случае потери могут быть фатально огромными.
Вновь, как и примерно пару недель назад, был созван экстренный совет. Генералы, которые уже успели благополучно позабыть о Солане на фоне разворачивающейся на западе катастрофы, были вынуждены вновь искать ответ на очень непростой вопрос. Однако на сей раз у них уже было кое-что в активе.
После того, как первое сообщение о Симмерской ведьме было послано в Шинтан, оттуда пришёл ответ, в котором сообщалось, что его величество король Анжей крайне обеспокоен сложившейся ситуацией и готов способствовать в её скорейшем разрешении. Палатийцы сообщали, что уже начали формирование небольшой ударной группы, в состав которой планировалось ввести несколько пунтских соединений, а также палатийских новобранцев. Эта ударная группа будет готова выступить навстречу полчищам гоблинов, ежели, паче чаяния, Латион не достигнет полного успеха в их разгроме. В другом случае эти войска пригодятся и на западном фронте.
В общем, теперь латионские штабисты решили, что будет логичнее переложить проблему на плечи Шинтана. Насколько им было известно, в состав сформированной ударной группы входило около пяти или шести тысяч солдат. На фоне нескольких сотен тысяч гоблинов этого казалось крайне недостаточно, так что в сообщении, которое зачарованный голубь понёс в столицу Палатия, предлагалось усилить её хотя бы вдвое и, главное, ввести в её состав побольше магов, а также более боеспособные части. Вряд ли латионские легионы прохлаждались сейчас в Шинтане без дела, но если палатийцы могли спешно перебросить какие-нибудь латионские части – это было бы весьма кстати.
Тем не менее, и сами латионцы решили не сидеть сложа руки. Именитый Седьмой Коррэйский легион, вопреки своему историческому названию, находился сейчас отнюдь не в Коррэе, а на доформировании в Латионе.