– Ты уверен, что захочешь впредь целовать эти руки после того, что вскоре последует?
Адам насторожился и осторожно поинтересовался:
– А что последует?
Я опять наклонилась к его уху и подробно разъяснила про нюансы гигиены, к которым, так или иначе, ему придётся прибегнуть. Отстранившись от покрасневшего до корней волос мужа, стрельнула глазками в сторону посудины, оставленной Энид на лавке, и унесла посуду.
– Так что выбор за тобой: хайтры или я. В обморок с причитаниями точно не упаду, так как, осмелюсь напомнить, замужем уже была. Причём со всеми сопутствующими и вытекающими нюансами.
– Эмилия...
– Я почти тридцать пять лет, как Эмилия. Родители так назвали. Твоё имя тоже не забыла, Адам Ластер Рогенборн. Хочешь выздороветь, шевели мозгами, если ногами пока не очень выходит. Нет, ты, конечно, можешь попытаться добраться до уборной самостоятельно, благо недалеко, вот только сомневаюсь, что разошедшиеся швы и пара-тройка травм, полученных при падении, тебя украсят и сократят срок пребывания в постели. Хотя бы пару суток потерпи вынужденные неудобства, а потом Даргнар с Боргесом будут тебя сопровождать, – я составила грязную посуду на свой поднос и крестила руки на груди, выжидательно смотря Адаму прямо в глаза.
– Ты никогда не сдаёшься, Эмилия?
– Нет. У меня всегда есть цель, и я иду к ней. Сейчас моя цель – это ты. Вернее, твоё благополучие, которое ты чуть по собственной глупости из-за гордости едва не, кхм... загубил на корню, – на языке у меня вертелось словечко намного крепче,чем озвучила, но материться при Адаме не хотелось. Не вывел ещё меня настолько из себя, чтобы познакомить его с исконно русской абсценной лексикой в несколько оборотов. – Что бы там ни было, у нас есть чуть менее года, чтобы либо разрешить одну задачку, касающуюся нас обоих, либо следовать первоначальному плану. В любом случае: оба должны быть живы и здоровы несмотря на то что кое-кто решил по-быстренькому свалить на тот свет к прародителям, тем самым избежав кучи ответственности. Могу даже дать подсказку: это не я!"
"– Лучше дай свою посудину... – коротко произнёс Адам, прерывая поток моего красноречия. Я прекрасно видела, насколько непросто далось ему это решение, но я ни капли не слукавила, когда говорила насчёт своих принципов и целей. Если понадобиться: буду бить по больному, словами, естественно, не хватало мне ещё руки распускать, и силу применю. Тоже не свою, зря что ли с Даргнаром и Боргесом договаривалась?!
В общем, второй важный вопрос был решён. Пришлось, правда, мне делать всё быстро, чтобы не давать мужу лишних поводов для волнений случайными прикосновениями. Мужчина всё-таки в полном расцвете сил и лет, хотя и потерявший много крови.