Автор
Замок Белгрейв в Хартфордшире, стоящий с шестнадцатого века, тщательно охраняет семейное наследие рода Латэм. Его герцог Филипп Латэм стремится сохранить эти древние традиции, управляя поместьем и его землями по максимуму чистоты и порядка — от обширных лесов до плодородных полей фермы....
Сделав няне небольшой рождественский подарок, чета Фергюсон отослала ее и детей в детскую, а сама отправилась принимать гостей.
Анжелика помогла открыть подарки. Саймон получил настольную игру, Руперт – мягкого медведя, Эмма – куклу, а Чарльз – серебряную погремушку, тут же очутившуюся у него во рту. Подарки всем понравились. Анжелике достались перчатки из серой кожи, подходившие к ее форме, и при этом весьма красивые. Примерив подарок, она обнаружила, что размер угадан идеально. Миссис Фергюсон постаралась.
В январе хозяева решили взять детей с собой в Лондон на две недели, и Анжелика – как и ее подопечные – предвкушали поездку. Наконец, одним морозным утром в трех роскошных каретах семейство отправилось в столицу. Саймон был в восторге, Эмме – путешествие не понравилось, поскольку ее укачивало. Руперт и Чарльз быстро заснули.
В лондонском особняке слуги чрезвычайно обрадовались как детям, так и новой няне и с удовольствием показали ей дом. Огромная резиденция Фергюсонов находилась на Керзон-стрит, в районе Мейфэр, и была битком набита изысканной мебелью, картинами и скульптурами.
Однажды в воскресенье Фергюсоны позвали гостей на чай, и Анжелике предстояло привести детей.
Анжелика хотела с ними поздороваться, но брат тут же отошел к столу, а его супруга отвернулась и завела беседу со знакомой.
Однако миссис Фергюсон вывела их на чистую воду.
– Неужели вы не узнали собственную кузину? – прямо спросила она Тристана.
Уэстерфилд в ответ делано удивился, холодно поприветствовал сестру, словно был едва с ней знаком, и ледяным тоном ответил:
– Действительно, я не узнал ее. Уверен, вы чрезвычайно добры к ней.
Элизабет же ничего не произнесла, только вперила в Анжелику взгляд, полный ненависти.
