Направленный взгляд в мир, где незаметная служанка случайно открывает глаза на истинное величие и бездну жизни высшего света. Каждая мысль о подлинной любви здесь дрожит между роскошью и невесомостью. Здесь стены дворца падают, а сердце девушки неизбежно становится заложником глубоких тайн....
– А зачем? – шёпотом спросил Роби.
– Чёрное платье поискать, волосы в порядок привести, – не собираюсь, не продумав всё до мелочей, отправляться на поиски еды, денег, а, может, и лучшей жизни. Ни в какие прачки идти я не собираюсь. Пусть мачеха сама в ледяной воде стирает.
– Госпожа, но в вашей комнате пусто, – Роби повесил голову. – Ваши вещи первыми были проданы и разобраны сестрицами. Даже расчёску умыкнули.
– Расчёску? Но как мне быть? Без чёрного платья я боюсь выходить, вуаль бы ещё.
– Подождите расстраиваться, Аннабель, – увидев моё погрустневшее лицо, заторопился Шусти.
– Мачеха же думала, что под потолком завелось приведение, и даже переехала с третьего этажа на второй, – добавил Роби.
Я повернулась вокруг своей оси и попросила моронгов выбрать мне наряд с чёрной плотной вуалью и, если есть, то принести расчёску, любую, главное – собрать и спрятать волосы.
Те поклонились, а я же приступила к приготовлению обеда.
Всё, что было в моём арсенале, это лук, капуста, куриные ножки, масло и сокровище этой кухни – приправы в мешочках.
На ум пришла лишь тушёная капуста. Вымыв глубокую сковороду, оставила её в стороне. Четыре части курочки обмазала маслом, перенюхала и перепробовала все приправы, нашла сушёный толчёный чеснок с примесью ещё чего-то, аналог кардамона, тмина и ароматный чёрный перец.
В тарелке замариновала курицу с луком и приправами. Не откладывая, приступила к нарезке капусты. С ней справилась быстро, жаль, морковки не было, но и так неплохо. Капуста не казалась жесткой, но я всё равно помяла её руками, предварительно посолив. Приправила маслом, перцем, переложила в сковороду.
– Эх, сливочного маслица бы сюда, – прошептала я, раскладывая курицу поверх капусты.
