Вот оно — описание для вашей книги на сайте-библиотеки: "Герцогиня в изгнании" – это необычный фэнтези с интригующими нотками прогрессора. Сильная и темновато настроенная дама вступает в брак, против которого вынашивает тёмные планы. Несмотря на жесткие правила общества, героиня не теряет веру в романтическую симфонию, которую готов создать своей любовью. Вместе с герцогиней, читатель погружается в мир загадочных событий и непредсказуемых приключений."...
— Так и знал, что найду тебя здесь, Дея, — вдруг услышала я и обернулась, чтобы поражённо увидеть… Кассиана.
Он был точно таким, каким я видела его в лесу после того, как он спас мою жизнь. Правда, без тех ужасных ожогов. Зато в остальном… те же чёрные волосы, убегающие гладким шёлком ниже пояса, тот же тёмный взгляд со спрятанными в глубине изумрудными бликами и та самая теплота, с какой он смотрел на меня даже в форме стража. Хотя нет, кажется, сейчас он был моложе — тут ему до двадцати лет, а Кассиан из моего времени точно был ближе к тридцатилетнему рубежу.
Одеяние же Кассиана одновременно и отличалось, и было похожим, на то, что я видела. Сейчас на нём были тёмно-серые широкие штаны, в тон им рубашка без рукавов и с замысловатой оторочкой по широкой горловине, а поверх этого комплекта была накинута богато расшитая золотом ткань в тон искрам в не по возрасту мудрых глазах. Необычное покрывало на талии удерживал широкий пояс, не давая его краям разъезжаться, пока основная часть ткани скрывала под собой часть торса и правую руку.
На левом запястье помолодевшего лжестража сверкал широкий браслет с гравировкой, которая перекликалась с обручем, необычно закреплённом на голове. Концы обруча как бы цеплялись за уши, при этом нигде ничего не сдавливая, а служа основой для подвесок напоминающих серьги в виде капель. Центральная и основная часть головного украшения находилась на затылке, тем самым удерживая волосы на месте и не давая им падать на лицо с острыми чертами, открывая низкий лоб и тяжелые брови.
Мне всегда казалось, что мужчина в таких побрякушках выглядят смешно, но здесь, в этом сне, вид такого Кассиана казался мне привычным. Словно там, за пределами сказочного сада, каждый второй так ходит.
— Зачем ты меня искал? — вдруг звенит мой голос один в один похожий на тот, что был у меня раньше. Теперь я становлюсь наблюдателем, пока моя более идеальная копия раздражённо продолжает: — Я же сказала, что не хочу изучать некромантию.
Чтобы убедить собеседника в своей непоколебимости, я складываю руки на груди, и упрямо выпятив подбородок, смотрю на того, кому, кажется, доверяю больше остальных.
— Дея, — мягко произносит Кассиан, приближаясь ко мне, — если ты будешь прятаться, это не решит проблемы.
