А я и впрямь почувствовал, что вся усталость, накопленная мной за долгий суматошный денек, никуда не делась. Она быстро прогнала все недавнее удивление и ошеломление неожиданным открытием, поэтому я только улыбнулся и закрыл глаза, отдавшись на волю моей подруги, а спустя мгновение почувствовал, что лечу…
Придя в себя и оглядевшись, я обнаружил, что лежу на кровати у себя в комнате, рядом на столике аккуратно сложено мое оружие, амулеты и пара мешочков с золотом и колечком, а на плетеном кресле у изголовья сидит Алонка и беззастенчиво дрыхнет. Сосредоточившись на своих ощущениях, я понял, что ничего не болит, не чешется, но присутствует острое желание набить желудок. Но сначала посетить потайную комнатку и еще раз оценить качество местной сантехники.
Попробовав пошевелиться, я понял, что лежу под одеялом абсолютно голый, и поискал глазами хоть какую-то одежду. Новенький костюм обнаружился на полке в углу. Я аккуратно, стараясь не производить шума, встал и принялся одеваться. За бельем пришлось лезть в сумки, поэтому провозился я довольно долго, ну а когда уже застегнул пояс с кинжалом и повернулся, то обнаружил, что Алонка сквозь полуприкрытые веки внимательно на меня смотрит.
– Все успела рассмотреть или нужно устроить показательный стриптиз? – недовольно спросил я.
Сестренка бросила изображать спящую и немного смутилась, но все-таки встала с кресла и, быстро подойдя ко мне, порывисто обняла. Я в ответ улыбнулся, обхватил ее за плечи и привычно подергал за хвостик. Эх, все-таки приятно, что кто-то за тебя переживает!
– Алекс, а как ты себя чувствуешь? – спросила принцесса, закончив с объятиями.
– Жутко голодным, – ответил я.
– Тогда пошли, сейчас как раз должен начаться ужин.
– Ужин? Это что, я почти сутки провалялся без сознания?
– Ага, – кивнула Алона. – Лекари совсем охрипли, споря, что с тобой делать.
– Тоже мне, нашли чем заняться, – буркнул я.
– Но ведь все пострадавшие уже поправились и разошлись по домам, вот поэтому им больше нечего было делать, кроме как обсуждать, что с тобой приключилось. Один даже предположил, что лимэль в больших дозах смертелен, поэтому вообще предлагал запретить его применение.
– Выгнать дурака к демонам! – возмутился я, обиженный в лучших чувствах.
– Не волнуйся, папа так и сделал, – успокоила меня Алона. – Так что теперь у нас осталось два лекаря, которые во весь голос расхваливают твое целительское искусство.
