В холодном осеннем подъезде я потушила свет и пряталась под одеялом, сладко улыбаясь. И вот этот главного злодея Эдала – парень с блестящими кошачьими глазами стал новым хобби после недавно приобретенного СИ-романа. Его враждебный юмор и загадочные планы вызвали невольную заинтересованность, пока я не случайно спала под стук двери и проснулась с неземной решимостью продолжить чтение....
– Понятно, – вздохнула, прижав к груди свою ношу.
– Что это? – тут же заинтересовалась одна из девушек.
– Кукла, – ответила я, с улыбкой протянув ей игрушку.
– Какая прелесть, – восхитились нимфы, позабыв о матрасе и подушках. – А нас научишь их шить?
– Конечно, – пожал я плечами. – Мне нетрудно.
Только какой в этом смысл? Заработать на них у нас вряд ли выйдет, а мне сейчас деньги нужны больше всего на свете."
"– Кто-то едет, – неожиданно встрепенулись девушки, тут же растворившись в воздухе, словно сладкая вата, попавшая в воду.
Поднявшись, я поспешила к дому. Неужели Эдал передумал? Или это Вивьен убедила ушастика в необходимости меня вернуть и поселить на чердаке? Если так, то я буду сопротивляться! Здесь меня эта ведьма не достанет. А во дворце опекуна запросто поможет свалиться с лестницы, прикарманив моё имущество. А я ведь теперь знаю, что ей нужны нимфы. Распродаст этих красавиц на органы и заживёт как королева. Это мне ещё повезло, что Эдал не заставил в первый же день передать ей права на мои земли.
Остановившись у крыльца, увидела приближающуюся карету. Никакие всадники её не сопровождали, и я решила, что опекун не стал возвращаться. Ну или он настолько отчаянный, что сейчас сидит в этом грохочущем ящике.
Затормозив, кучер спрыгнул со своего места и молча направился к карете. Распахнув дверцу, он выволок четыре огромных сундука. Управившись, он молча залез назад и бодро помчал в обратном направлении, даже не предложив помощи.
Приблизившись, распахнула один из сундуков, разочарованно уставившись на платья. Во втором ящике тоже была одежда, а вот в третьем я нашла более полезные вещи вроде постельного белья, полотенец и посуды. Четвёртый оказался самым полезным, ведь в нём я обнаружила продукты. Сундук был забит крупами, вяленым мясом и твёрдыми сырами. Жаль я понятия не имела, как хранить это добро, чтобы его раньше меня не съела плесень. Похоже, придётся разбираться.
Мне всё же удалось переместить всё это добро в дом. И помогли мне с этим все те же нимфы, явившиеся, как только, пыль от умчавшейся кареты осела.
– А как вас зовут? – уточнила я, взглянув на девушек, притащивших мой совершенно чистый матрас.
– У нас нет имён, – спокойно ответила одна из них. – Нам они ни к чему.
– Глупости, – фыркнула я. – Я же должна как-то обращаться к вам. Вот вы трое идите сюда.
