В дамских розовых кошмарах и феерических воздушных прогулках – история о том, как молодая девушка попадает между сидящим в кресле лордом инспектором и его женой. В этот момент она становится центральной фигурой в игре любви и чародейства.
– Содержимое круглой коробки со звоном вывалилось на стол. – Я слышала, вас интересуют древние артефакты.
Решительно пододвинув их ближе к инспектору и, соответственно, ко мне, госпожа Грэхем ошарашила заявлением:
– Пять предметов, изготовленных древними мастерами. Я отдам их в вашу коллекцию, если не станете обвинять мою семью в нападении на свою персону.
Личность эмиссара, как полномочного представителя короля, неприкосновенна. За малейшую обиду – спрос, а уж использование ему во вред древнего артефакта и принуждение к насилию над невинной магичкой ради заключения брака – и вовсе шокирующее преступление.
Госпожа Грэхем говорила что-то еще, бесстрашно, напористо, без оглядки на то, что совершает еще одно преступление: дачу взятки должностному лицу. Я почти все пропустила мимо ушей, меня манили предметы на столе.
Словно в трансе, я протянула руку – и древние артефакты отозвались.
Каждая вещь из церигия уникальна, их слышу я по-разному. Изящная статуэтка танцовщицы, вскинувшей вверх тонкие руки, звучала минорно; ажурный цветок на длинной цепочке шелестел весенней листвой; вычурная ракушка напоминала о морском прибое; зеркальце серебристо звенело, предлагая взять его в руки.
И только бокал, внушающий неудержимую страсть, из которого вчера пил Аламейский, молчал.
– А это подделка. – Слова вырвались прежде, чем я осознала, что обнаружила.
– Подлог? – требовательно уточнил Аламейский."
"Раз начала откровенничать, пришлось подтвердить:
– Да, остальные настоящие, вдобавок полны сил и прослужат еще долго.
Госпожа Грэхем настолько удивилась моим словам, что не стала ничего отрицать. Только часто моргала и потрясенно смотрела на меня, словно видя в первый раз.
– Вам жаль расставаться с бокалом, госпожа Грэхем?
Женщина отмерла и испуганно затрясла головой.
– Н-нет, ваше чародейство! Я побоялась отдавать главное доказательство, то, что было использовано против вас. Но оно со мной, в ридикюле, – пробормотала она и упала на колени. – Простите нас! И примите эти артефакты в дар. Пусть мужа обвинят в мошенничестве, но не в нападении на эмиссара короля!
– А как быть с предыдущим случаем использования бокала? – справедливо поинтересовался инспектор.
– Амалия ждет ребенка, не губите ее, умоляю! За год зять полюбил ее и так же нетерпеливо ждет наследника. Пожалуйста, пощадите его… И Хлоя тоже не виновата – я ее заставила. Я и должна понести наказание. Отпустите Хлою, пожалуйста.
