Автор
В новом отделе компьютерного поиска Захар, мужчина с бумажником полным фото жены, вызывает непонимание у сотрудниц. А Катя Баранова сразу же замечает недостатки молодого специалиста Рамкина, подталкивая его к изменениям. И вместе они открывают гиблое место в ипотеку, где каждый может найти свой шанс или риск....
Твои проблемы не из-за размеров носа, если его уменьшить или выпрямить, лучше тебе не станет, потом пойдешь остальное переделывать. Голову лечи, ум взращивай.
– Пластические операции… – протянул Костин. – Как ты думаешь, была только ринопластика?
– Еще аппарат Илизарова, – показал на снимок эксперт. – Применяется при переломах. С его помощью можно удлинить конечности или изменить их форму. Процесс долгий, болезненный, но, как правило, успешный. А вон те штучки, от названий которых Лампу скосорыливает, они для изменения внешности.
– В столице пластических хирургов больше, чем кошек у населения. Зачем идти к подпольных дел мастеру? – недоумевала я.
– Вероятно, тот, кто работал в домике, брал с клиентов копейки, – предположил Потапов.
– Некоторое время назад в Москве задержали хирурга из одной страны ближнего зарубежья, – вздохнул Костин. – Несмотря на честно полученный после окончания медвуза у себя на родине диплом, большой опыт работы, доктора в Москве ни одна больница не взяла в штат.
– У стены набор для стоматолога, – сказал Антон, – бормашина и инструменты. Кресла нет, но у этой модели стола верхняя часть поднимается таким образом, что сидеть комфортно.
– Он еще и дантист, – подпрыгнула я, – и швец, и жнец, и на дуде игрец.
– Может, мужик заодно и проктолог-гинеколог? – хмыкнул Костин.
– Этих инструментов, похоже, нет, – возразил эксперт. – Я склоняюсь к версии о работе с лицом. Стоматология тесно связана с индустрией красоты. Впечатление от симпатичного личика быстро испортят неровные кривые клыки. Брекеты, виниры, коронки – все это поможет сделать улыбку красивой. Гинекология тут ни при чем.
– Филипп, не имея медицинского образования, изменял людям внешность, – подвел итог Костин.
– Меня не просили изучать биографию Зеленова, – сказал Захар, – но я по собственной инициативе стал в ней копаться. Филипп почти пять лет учился в медицинском вузе. Потом оформил академический и не вернулся в институт. Диплома врача у него нет, но за четыре с половиной года он кое-чему определенно научился.
