В глухой тишине отеля Максим не заметил ни единого звука до тех пор, пока посетители его жалуются на неприятный гул в номере. Швейцар решил проверить подозрения и понял: шум как бы исходит именно из комнаты с номером 6. Начало новой истории шута, где обыденность превращается в загадку....
Экран ее тут же разделился на две части. С одной стороны появилось изображение самого главного Волконского, а с другой Демида Николаевича Юсупова.
Без каких либо предисловий Председатель Правления нажал кнопку «воспроизвести».
— У меня все готово,, — произнес главный «уралец».
Да, лицо его даже не дрогнуло, но все присутствующие ощутили едва заметную, но вполне очевидную волну довольства собой, исходящую от «старого медведя».
— Жду сигнала к вылету, — ровно ответил на то Волконский.
По нему было нельзя сказать ничего.
— Я собираюсь использовать свои подразделения на твоих землях. Ты даешь на это разрешение?
Мужчины переглянулись. Подобный вопрос мог означать только одно — ранее на этот счет уже были какие-то договоренности. Вот только прошли они за спиной второго и третьего человека в клане. И все бы ничего, если бы не касались они, как почти сразу догадался Анатолий Георгиевич, его детей.
И да, разрешение Юсупов получил. В определенных временных границах. Однако этого было вполне достаточно для скоростной штурмовой операции, например. Или для «силового сопровождения переговоров».
— «РитРос»? — устало уточнил отец Светланы и Павла.
— Да, — коротко кивнул Глава.
— Объявляю готовность гвардии, — скорее констатировал, чем спросил Валерыч.
— Нет, — удивил воеводу ответом мужчина.
— Объяснись, — потребовал Анатолий Георгиевич, сжимая кулак.
"Даже с его пузиком и легкими залысинами, этот жест не смотрелся смешно. А уж с учетом силы Дара… По кабинету пробежали холодные порывы. От заместителя в разные стороны потянулась изморозь. Он был действительно на взводе.
— Толя! — негромко рявкнул воевода.
Но мужчина не отреагировал. И смотрел он лишь на брата.
— Я хотел как лучше, — коротко ответил тот.
— А получилось как всегда⁈ — зло бросил Анатолий.
Воевода окинул взглядом двух «Георгиевичей» и, чертыхнувшись, отступил назад.
Первым сдался Глава. Он волевым усилием взял Силы под контроль, и, глубоко вздохнув, произнес.
— Толя, успокойся.
В его голосе не было обычной властности или самоуверенности.
