Павел проснулся с неуместным тревожным ощущением. Неуловимое беспокойство буквально заставило его вздохнуть и осмотреться, пытаясь найти в окружающей действительности что-то не так или явно неправильно. В воздухе чувствовалась легкая тень опасности, но она казалась отдаленной и излучала мрачную интригующую атмосферу....
Первой об этом она рассказала мне…
— Бабский заговор, — задумчиво вздохнул Волконский.
Однако «свернуть» тему у него не вышло. Секретарь прекрасно знала своего сюзерена, а потому легким кивком головы дала понять, что маневр Волконского замечен и успеха иметь не будет.
— Тебе станет спокойнее, если я скажу, что меня все устраивает как есть. Пока. Поэтому, окажись я на твоем месте, то сначала разобралась с собственной «женой», затем с Паутовыми, а уж потом решиала бы «как жить дальше»…
Секунду Катерина серьезно вглядывалась в господина, после чего куда веселее добавила:
— И вообще, что за желание сунуться в схему, которая и так прекрасно работает⁈ Не мешай «взрослым тетям»…
На этом моменте клановец искренне рассмеялся, чувствуя, как спадает напряжение.
— … Мы и сами прекрасно договоримся. Все-таки «домашний очаг» издревле считался вотчиной девушек. Так что иди добывай мамонта и спасай нас от саблезубого тигра.
Под конец Волконский хохотал уже в голос. Мир снова стал непростым, но хотя бы понятным.
Бз-з-з-з!
— Слушаю, — ответил на вызов молодой человек.
— Мы готовы, — сообщил динамик голосом Влада.
— Старт через полчаса.
— Скоро буду, — ответил Волконский и дал отбой.
Катерина вновь подняла взгляд:
— Пора? — поинтересовалась она.
— Через десять минут вылет.
— Ну, «поцелуй на дорожку» у тебя уже был, — усмехнулась секретарь. — И, похоже, не один. Попробую побыть чуть оригинальнее. Контейнеры с завтраком на столе. Перекусишь в дороге.
И все же блондиночка соврала. Наудачу перед выездом она сюзерена все же поцеловала.
* * *"
"Виктория Юсупова много раз представляла, как именно ее будут спасать из нынешнего «узилища». Отчего-то на ум приходил штурм гвардейцами клана резиденции дядьки, проникновение на территорию дома каких-нибудь суперспецов «тихой работы» и даже образ отца, распахивающего двери с ноги…
И пора была бы спасителям поторопиться.
Бум, бум, бум!
Тяжелые, но явно торопливые удары в дверь заставили девушку, уже готовящуюся ко сну, встрепенуться.
— Слушаю! — бросила она.
Однако вопреки обыкновению, дежурный боец дядьки не стал дожидаться прямого разрешения, самым наглым образом ворвавшись в выделенную девушке спальню.
