Павел проснулся с неуместным тревожным ощущением. Неуловимое беспокойство буквально заставило его вздохнуть и осмотреться, пытаясь найти в окружающей действительности что-то не так или явно неправильно. В воздухе чувствовалась легкая тень опасности, но она казалась отдаленной и излучала мрачную интригующую атмосферу....
Сотрудник тут же постарался стать совсем незаметным. Во всяком случае, цветом лица со стеной за своей спиной он если и не сравнился, то очень к тому стремился. Белой, между прочим, стеной.
— Расстрелять, — подвела итог Тишь и, наконец, притихла.
— Что тут у нас? — перевел диалог в более конструктивное русло Волконский.
— Никита Ефремович Юсупов, — коротко «представила» валькирия, скидывая с лица убитого покрывало. — Помнишь такого?
Павел кивнул. Пока больше своим мыслям. Хотя этого человека он, конечно, помнил.
— Как умер? — поинтересовался Павел.
Тишь чуть удивленно подняла взгляд на своего подопечного.
— Два пулевых ранения в грудь тебя ничуть не смущают? — поинтересовалась она.
— Валь, тебе б поспать, — покачал головой Волоконский.
— Та-а-а-а-ак… — вздохнула девушка, вновь присматриваясь к телу.
Через несколько секунд она готова была признать, что ошиблась.
Тот настаивать на продолжении темы не стал. Вместо этого молодой человек присел перед телом и аккуратно сдвинул смятый воротник сорочки.
— Судя по странгуляционной борозде, его задушили чем-то жестким и тонким, — присмотрелся парень.
— Паш, я в курсе, что ты умный…
— Борозду видишь на шее? — Волконский отодвинул воротник чуть дальше.
— Ты-то откуда знаешь?
Парень приподнял бровь. Мол, а сами-то вы меня чему учите в последнее время? Да, по большей части, конечно, организовывать такие вот тела. Но все же.
— Не в таких зубодробительных терминах! — тут же открестилась культуристка.
— Издержки домашнего образования, — чуть размял юноша оглядываясь. — Юсуповы уже подтвердили личность убитого?
— Запрос отправили, — повела плечами Тишь.
— Прекрасно… — кивнул Павел. — Тогда еще один вопрос: на кой черт тут я?
— Приказ Седого Филина, — хмыкнула девушка. — Пошатайся тут, можешь с народом пообщаться.
Народ, как убедился Волконский через несколько минут, общаться особо не желал. Во всяком случае, криминалисты его послали сразу.
— Под ногами не мешайся, пацан! — шикнул на него уже в возрасте мужчина, едва он попытался выяснить хотя бы первые предположения специалистов.
