В холодной студии кинематографиста, где свет от мерцающих экранов создает необычную атмосферу, Павел и Катя обсуждают очередное задание. Неожиданная перемена темы приводит к шуткам и легкому румянцу на лицах участников разговора. Юсупова выглядит непривычно серьезной, будто готовясь к какому-то важному откровению....
Было бы черной неблагодарностью в их адрес «посыпаться» в такой ситуации.
Старик не шелохнулся. Это не его проблема. Он сказал свое слово.
— Я согласен, — объявил клановец. — Но ваши люди должны помнить, что находятся в гостях.
Расплывчатая фраза. Но смысл понятен обоим: «шаг вправо, шаг влево — расстрел. Два шага вперёд, два шага назад — расстрел. А в остальном делай всё, что хочешь».
Взгляд юноши стал жестким. Он твердо глянул в глаза хозяину кабинета, давая понять, что к этим словам относится очень серьезно.
Бз-з-з-з!
Напряженную тишину разрезал звук вибрации комма.
— Хм? — неслышно выдохнул Волконский.
Сейчас до него могли «достучаться» лишь абоненты «красного списка». Таковых во всем мире насчитывалось только трое.
«А, нет, четверо!» — тут же поправился клановец, глянув на экран. Дисплей горел единственным иероглифом:
可
«Разрешено».
Без подписи.
Без номера.
Однако ВОлконский ни на миг не усомнился в авторстве послания.
Самодержец сказал свое слово.
Вряд ли лично. Однако «око императора» могло быть и его гласом.
Парень едва заметно качнул головой… и развернул экран к собеседнику. Пусть помнит, что несмотря на всю защиту здания, местный владыка видит все.
— Да будет так, — еще раз склонил голову Павел.
Немного ниже, чем в прошлый раз. Но сейчас он отдавал дань мудрости своего сюзерена. Так что это было вполне уместно.
Старик плавно поднял обе руки и резко хлопнул в ладоши. Через несколько секунд в кабинет вошел немолодой, но жилистый короткостриженый ханец с глазами профессионального головореза.
Он молча проследовал к столу и, резко вдохнув, застыл воином терракотовой армии, направив остановившийся взгляд точно вперед.
— Сюййи, — негромко выдохнул Хули-Цзин.
Боец тут же расслабился, шагом вправо расставив ноги на ширине плеч, и завел руки за спину. Теперь он уже хоть как-то походил на человека, а не являл собой воплощение оловянного солдатика.
— Знакомьтесь, господин Волконский, — негромко произнес хозяин кабинета.
Ханец не отреагировал никак, всем своим видом показывая, что в этом мире признает лишь одного хозяина. И если он и вынужден кому-то временно подчиняться, то исключительно из чувства долга к своему господину.
ВНИМАНИЕ!
Краткое объявление.
Завтра будет две главы: одна утром (маленькая) и вторая (куда больше!) вечером.
