В холодной студии кинематографиста, где свет от мерцающих экранов создает необычную атмосферу, Павел и Катя обсуждают очередное задание. Неожиданная перемена темы приводит к шуткам и легкому румянцу на лицах участников разговора. Юсупова выглядит непривычно серьезной, будто готовясь к какому-то важному откровению....
— Он может и организовать, — задумчиво протянул его куда более молодой спутник, рассматривая оставленный обсуждаемой ими персоной пейзаж.
Седой резко развернулся и… едва заметно покачнулся. Слабость еще давала о себе знать. В конце концов, медики действительно совсем недавно буквально за ноги с того света вытащили.
— Организуйте, пожалуйста, уборку! — взмолился их третий спутник, жалобно заламывая руки.
Жители элитного поселка уже начинали роптать. Душевного спокойствия «композиция» им не добавляла. Однако идти выяснять отношения с причастным к подобному событию семейством было страшно.
— Меня же оштрафую-у-у-у-ут! — продолжил ломать трагедию Иван Петрович Сидельников.
Председатель поселка никогда и подумать не мог, что эта не самая влиятельная Семья станет его личной проблемой. Он-то, душа простая, подал прошение через секретариат Архиповых одному из своих покровителей.
Да, тот по меркам «небожителей», птицей высокого полета не был. Но обычно хватало слова даже такого «тяжеловеса», чтобы ЛЮБАЯ спорная ситуация в поселке, находящемся под негласным протекторатом клана, решалась в пользу Сидельникова.
Однако сейчас система дала сбой. Покровитель позвонил ему сам (!). Напрямую (!). И очень резко потребовал не вмешивать его в эту ситуацию.
— Но как же я?.. — проблеял тогда Иван Петрович.
Собеседник еще резче объяснил, отчего этот «я» — дырка.
— Что же мне?.. — растерянно пробормотал Сидельников.
— Есть проблема, — произнес властный голос в динамике. — Решай. Иначе зачем ты здесь?
Уже через день после происшествия посыпались жалобы в различные структуры. От обитателей поселка. Затем последовали проверки органов, предписания, штрафы… Причем никто даже не спросил, ЧТО это и КАК тут оказалось. Зато пожарные выписали представление за захламление подъездных путей.
И вот теперь он только и мог, что молить Тюфякиных о содействии.
— Пожалуйста! — взмолился председатель поселка.
Внук и дед переглянулись. Однако слов тратить не стали. У них были дела посерьезнее.
— Ты же служил в «Медведях», — негромко произнес Алексей. — Доводилось такое видеть?
Седой мужчина кинул. И не раз.
