Автор
В лесах Гиперборейских горы таинственный всадник на барсовой шкуре преследует украденную стражу оленя, создавая из руин страшную атмосферу мистики и опасности. Жестокий кочевник под громовой призыв сенокосников врывается в мир безумия и кровопролития.
Дверь распахнулась с шумом, грузно вбежал немолодой дружинник, за ним, гулко топая сапожищами, вооруженные воины. Дружинник крикнул еще на бегу:
— Княже, мы обшарили все комнаты...
Его глаза зажглись подозрением, он со стуком бросил руку в кожаной рукавице на рукоять меча.
— Кто эти люди?.. Как они прошли?
Твердислав сказал хриплым, перехваченным голосом:
— Мои тайные лазутчики... Есть секретный ход. Забудь, что их видел, понял? Здесь не ищи, осмотри лучше двор. Как мои жена и сын?"
"В зале зависла мертвая тишина.
Дружинник ответил недоумевающе:
— Их не тревожили. Я сейчас велю осмотреть...
— Не надо! — сказал Твердислав резко. — Забери старших гридней из терема, пусть обыскивают двор. Только двор!
Дружинник поклонился, бросил подозрительный взгляд на Рудого — тот так и не убрал схваченных судорогой скрюченных пальцев с пояса.
— Это не за его голову объявлено пять гривен серебра?
Твердислав не нашелся, что ответить, а Рудый хохотнул, сказал хитро:
— Я стою дороже, князь ведает! Пять гривен — это чтобы заморочить головы местным остолопам. Их здесь на сто лет запасено, верно?
— Понятно, — проговорил дружинник озадаченно. Он пожал плечами, ушел в сопровождении воинов. Дверь за ним захлопнулась. Олег тут же поднялся:
— Умила, Гульча! Уходим быстро. Князь проводит до ворот.
Твердислав не шевельнулся, голос его был нетвердым:
— А что.
— Мы поедем дальше, а ты вернешься от ворот, — объяснил Олег. — Не хотелось бы терять великого воина и умелого вождя. Сказать правду, ты — лучший вождь из всех окрестных племен. Если бы удалось их объединить под твоей властью! Был бы новый народ, сильное государство.
Олег тяжело вздохнул. Твердислав смотрел исподлобья, повторил:
— Что с моей женой и ребенком?
— Побудут под стражей. Когда вернешься, покажешь наш знак, что все закончилось.
— Да-да, — ответил Твердислав поспешно. Он отвел глаза, резко встал. — Тогда поспешим. Я князь, но мои воеводы могут действовать сами, если заподозрят, что у моего горла блестят мечи.
— А Лист может захлебнуться своей кровью, — добавила Гульча. Она с состраданием смотрела за спинку трона, вздрагивала.
Выходя из зала, Твердислав велел двум стражам сопровождать его — неча сторожить пустое место.
