Автор
В лесах Гиперборейских горы таинственный всадник на барсовой шкуре преследует украденную стражу оленя, создавая из руин страшную атмосферу мистики и опасности. Жестокий кочевник под громовой призыв сенокосников врывается в мир безумия и кровопролития.
Мы смертельно устали, у нас больны женщины, ребенок... Но если вы не пропустите нас, мы смиренно объедем стороной.
Игорь на руках Гульчи заревел во весь голос, обиженно потер ягодицу. Мужик поглядел на Гульчу подозрительно:
— Иваш, всех держать на прицеле. Святого пещерника в особенности, у меня глаз на таких наметан. Возле них всегда черти крутятся! А вы, бродяги, завертайте оглобли!
Олег придержал Рюрика, который налился злой кровью и рвал из ножен меч:
— Уходим. Не надо сердиться.
Рюрик бросил на него возмущенный взгляд, но пещерник уже повернул.
— Как он тебя, — покрутил головой Асмунд. — Как в воду глядел! Возле святых, мол, завсегда что-то такое крутится. Такое-эдакое, сам понимаешь...
— Ты к нему едешь ближе, — напомнил Рудый. — Может быть, это о тебе? А какой князь у нас, а? Орел, верно? Который деревья клюет."
"— Горяч, — согласился Асмунд, не поняв намека.
Рюрик, однако, понял громко сказанный намек, поспешно подъехал к Умиле, обнял, сказал виновато:
— Прости... Забываю обо всем, когда гнев бьет в голову.
Они объехали и эту весь, заночевали в лесу. Олег с помощью Асмунда насобирал ягод. Рудый сбил стрелами двух рябчиков. Вернулся чубатый воевода какой-то смущенный. Асмунд спросил подозрительно:
— Это все? Ничего не подстрелил?
— Да не, почему же.
— Козу? — удивился Асмунд. — Дикую?
— Да не то чтобы уж очень дикую... Совсем диким оказался хозяин козы.
Костер разожгли покрупнее, потому что Умила часто кашляла, в груди у нее хрипело, она теперь постоянно зябла, куталась в оба плаща: свой и мужа. Олег поджег длинную сушнину, вместе с мужчинами натаскали гору сухих веток. Перед сном Рудый долго гнездился, подтыкивая шкуру со всех сторон, уже засыпая, поинтересовался:
— Скажи, мудрый волхв, что нужно, чтобы прожить сто лет? Или тысячу?
Олег подумал, ответил медленно:
— Не пей вина, пива, медовухи, не бегай по бабам, не играй в кости, не дерись.
— И проживу?
— Нет, но так покажется.
Рудый возмущенно фыркнул, укрылся с головой. Из-под шкуры донесся глухой голос:
— Пусть вам приснятся вещие сны!.. Я, правда, не люблю заглядывать в грядущее.
— Правильно делаешь, — одобрил Асмунд.
