Автор
В аспирантуре Стэнфорда, где учеба требует много сил и времени, Оливия столкнулась с трудностями. Ее финансовое положение не позволяет удовлетворить все потребности, в то время как комплекс самозванца постоянно мешает ей выстроить здоровые отношения. Когда девушка пытается убедить друзей о своей благополучной личной жизни, она случайно целует первого попавшегося мужчину, что сразу же привлекает внимание всей аспирантуры....
Он называл ее так не в первый раз. И Оливия не в первый раз обратила на это внимание. Просто когда они сидели вдвоем и тихо разговаривали, было трудно смириться с тем, что Адам преподаватель, а Оливия — совсем нет. Они принадлежали к разным мирам.
— Говорила, но денег, чтобы это исправить, нет. Она отличный руководитель, но… в прошлом году у нее заболел муж, и она решила уйти на пенсию пораньше, и иногда кажется, что ей уже все равно. — Оливия потерла висок. Она чувствовала подступающую головную боль, а ей предстояла долгая ночь.
— Конечно.
Она застонала.
— Не надо.
— А еще о поцелуях, к которым ты меня склоняла, и об афере с фейковыми отношениями, в которую ты меня втянула, и, прежде всего, о солнцезащитном креме…
— О боже. — Оливия спрятала лицо в колени, обхватив руками голову. — Боже. Крем.
— Да. — Теперь его голос звучал приглушенно. — Да, это было…
— Неловко? — предположила она, выпрямляясь с гримасой на лице. Адам смотрел куда-то в сторону.
Он кашлянул.
— Ну да, и не только.
— Ага.
У Оливии тоже было «не только». Но она не собиралась об этом упоминать, потому что ее «не только» наверняка не совпадало с его «не только». Ему, наверное, на ум приходили слова ужасно, мучительно и навязчиво. Тогда как ей…
— Крем будет включен в жалобу по Девятому разделу?
Губы его дрогнули.
— Прямо на первой странице. «Нецелесообразное нанесение солнцезащитного крема».
— Ой, да ладно.
— «Неподобающие прикосновения под предлогом защиты от ультрафиолета».
Она стукнула его своим «Твиксом», и он сделал вид, что пригнулся, чтобы уклониться от удара.
— Хочешь половину? Поскольку я планирую съесть все, что осталось от твоих чипсов.
— Нет.
— Уверен?
— Терпеть не могу шоколад.
Оливия уставилась на него, с недоверием качая головой.
— Ты серьезно, да? Ты ненавидишь все восхитительное, милое и утешительное.
— Шоколад отвратителен.
— Ты просто хочешь жить в своем темном, горьком мире, состоящем из черного кофе и безвкусных бейглов с безвкусным сливочным сыром. И чипсов с солью и уксусом — время от времени.
— Это явно твои любимые чипсы…
— Мы сейчас не об этом.
— …и я польщен тем, что ты запомнила, что я заказываю.
— Очень помогло то, что это всегда одно и то же.
— По крайней мере, я никогда не пил нечто под названием «фраппучино единорог».
— Было очень вкусно. На вкус как радуга.
