Охапка хвороста упала на угли и вспыхнула. Выхватив две длинные чадные головни, я побежал обратно и успел как раз вовремя, чтобы увидеть невероятная – подобрав под себя корни подобно пауку, потрошитель резко их выпрямил и… подпрыгнул! Пролетев несколько метров, он тяжело рухнул на склон, запечатав своей тушей… воронку, где скрылись бросающиеся камнями Храбр с Доком!
- Ах ты ж тварь! – завопил я.
Швырнув Бому одну из полыхающих головней, я без раздумий бросился в лобовую атаку, вытянув перед собой руку. В это время потрошитель уже снова стягивал толстые корни, а несколько из них уже запустил под себя – в яму, где в ловушке оказались друзья. Ревущий полуорк метнул щит, а следом и факел. Щит был отбит и со звоном улетел в кусты, а вот факел попал точно в пасть монстра. Пожиратель с неким даже злорадством сомкнул пасть, и сырая древесина издевательски зашипела. Во все стороны ударил серый дым, брызнул обильный сок, и головня угасла. Но этих секунд мне хватило, чтобы забросить второй факел в щель под монстра, где его ухватила грязная рука алхимика. Сырой пень или нет, но он не может не бояться огня – и потрошитель тут же явил свой страх, выдернув из-под себя длинные плети корней. Я ударил «лассо», а Бом уже стоял во весь рост на макушке твари и с диким криком опускал тяжелый старый топор. Удар! Еще один! Ему удалось нанести и третий, прежде чем его сшибли и отбросили прочь. Хрипло заревев, монстр накренился на бок и рухнул, ожесточенно взбивая землю вокруг землю, а вставшие Храбр с Доком держали в руках уже не один, а три факела – использовав для обмотки собственное тряпье. Два бойца в подгузниках… Я помог им с помощью «лассо», оставаясь на дистанции, как и положено порядочному волшебнику. Дистанция заклинания зависела от показателя «мудрость», а он у меня не то, чтобы прямо большой, но даже такая дистанция лучше, чем бой вплотную. Бома унести унесло, но не оглушило. И когда полуорк вернулся, судьба только что ожившего пожирателя была предрешена. Через минуту мы уже праздновали победу, глядя как Бом с ожесточением рубит тулово второго еще не ожившего пня, только-только начавшего шевелить вспучивающими землю корнями.
Выжили… мы снова выжили…
- Ну вот – подлечив себя и Храбра, лекарь со стоном упал обратно в вырытую нами яму – Я уж думал эта дыра станет нам братской могилой.
- Прыгучий пень – хмыкнул я, усаживаясь на краю ямы и свешивая ноги – Прыгучий и очень злобный.
