В глубокой темноте проступают силуэты людей — один спит крепко, другой — прерывисто хрипит, словно не живой. В центре комнаты стоит девушка с приятным голосом Полина, но её лицо скрыто в тени. Выражение ее глаз передает боль и тревогу, окутывающую комнату и каждую дышащую вещь....
Не прощаюсь с Верой, не реагирую на молчаливые кивки охраны. Запрыгиваю машину, зло хлопаю дверью. Двигатель взревает, когда с места жму в пол педаль газа. И под грохот гравия из-под колёс, картечной дробью обстреливающего забор, покидаю к чёртовой матери это место.
Ну вот и поговорили! А я так ждал, когда он поправится. Так надеялся на его помощь, совет, поддержку. Ну, вот и дождался: «Разводись!»
И хуже всего, что он прав. Что для меня нет ничего важнее моей малышки, но именно я для неё сейчас - самая главная угроза.
Только как? Как ей это сказать? Где найти слова, чтобы объяснить и не поджечь этот сухой порох недоверия, что всегда готов вспыхнуть где-то у неё внутри. Мне проще руку себе отрезать или вырвать язык, который скажет, что мы должны расстаться.
Слепя фарами, навстречу проносится до боли знакомый автомобиль. Наденька. Ну кто бы сомневался, что после своей «шестёрки» Полкана, Демьянов захочет видеть жену.
Не ожидал я, что с ним мы окажемся по разные стороны баррикад. Не мог даже и подумать, что и ему придётся противостоять.
Как это ни горько, но он прав: я слишком сентиментален.
Серый, как старая застиранная рубашка, рассвет встречает меня на въезде в город. Пустые улицы расстилаются ковровыми дорожками мокрого асфальта. Но для меня сегодня это словно дорога на эшафот.
Сразу с порога начать невыносимый для меня разговор или лучше с утра? - ещё мучает меня вопрос, когда, проверив карманы, вспоминаю, что ключи я забыл. Не хочется Вику будить, но звоню.
Раз. Другой. Третий.
Плечо невыносимо болит, но это не имеет значения - квартира пуста. Ни Вики, ни Михаила.
И только оба их телефона по очереди отвечают на мои звонки, трезвоня на пустом кухонном столе.
48. Виктория
Выломанный замок неожиданно удивляет. Хотя, чему я удивляюсь? Если Алекс вернулся раньше и не застал меня дома... Это же был Алекс?
Михаил заходит первым, каким-то чудом протискиваясь в небольшую щель. Я же толкаю дверь, освобождая себе проход, и она распахивается со страшным скрипом.
- Вика! - подскакивает мне навстречу муж, и моё имя больше похоже на вскрик. На взволнованный вскрик. Господи, он же с ума тут сходил! Господи, как я ему скажу, что мы должны расстаться?
- Зачем же ты...? - рассеянно показываю на раскуроченный замок. - Ведь у Аллы Конс...
Алекс не даёт мне договорить. Стискивает в объятиях.
- Вика! Слава богу! Родная моя!
Обнимаю его поперёк туловища.
