Глава 1 в главе "Глава рода" — одна улица сменилась другой. Шаг за шагом я шла по этому маршруту, следуя указаниям Або, сопровождаемая полупрозрачной Боярышней, рыдающей тихим, но настолько проникновенным плачем, что его слышало сердце. В этот особняк Апраксиных я шла, готовясь к беседе с людьми, которых знал только по имени....
Своих голов на плечах нет? Или проверяют меня на прочность? — повернув налево, государь направился к приемной. — Ещё и наставник так не ко времени приехал. Сомневаюсь, что просто навестить. Что ему нужно?»
Димитрий зашел в роскошное помещение. Архимаг по-стариковски медленно поднялся из кресла, раскинул руки, словно желая заключить внука в объятья.
«Прирожденный актёр, — Дима про себя хмыкнул. — Аплодирую стоя. Но на бис не попрошу повторить».
В комнату вошёл кто-то ещё. И в этот момент старый интриган громко заявил:
— Горжусь тобой, внук.
«Даже так? Решил объявить о нашем родстве? С чего вдруг?» — промелькнули мысли у Рюриковича.
— Добрый день, Алексей Владимирович, — сдержанно поздоровался государь и полуобернулся. Увидев на пороге придворного мага, сухо поинтересовался: — У вас что-то срочное?
— Да, ваше величество, — моложавый мужчина с сединой на висках церемонно поклонился. Настороженно глянув на бывшего архимага Иоанна Грозного, пояснил: — Дело безотлагательное, государственной важности.
«Кто бы сомневался» — подумал Дмитрий.
А вслух распорядился:
— Ступайте в мой кабинет.
Вновь поклонившись, маг стрельнул глазами в деда императора и торопливо ретировался. Плотно закрыв дверь, Воеводин замысловато крутанул кистью, устанавливая полог тишины и застыл у входа.
«Для чего же ты приехал, дедушка? На ум приходит только одно: желаешь „помочь“ внуку править империей», — самодержец изучающе смотрел на Алексея Владимировича.
Тот вопросительно приподнял кустистые седые брови.
— Я всё бросил, примчался к тебе на помощь. Ты же непонятно где бродишь. Что за неуважение, Димитрий? — старик сердито насупился.
«Выходит, догадка верна. Старик не оставил надежды сделать меня своей марионеткой. Обломается», — бесстрастно резюмировал Рюрикович.
— Даже чаю собственному деду не предложишь? — ворчливо поинтересовался Алексей Владимирович.
— Отчего же, — невозмутимо обронил самодержец.
