В глубокой тишине души, голос становится все слабее. Разноцветное сияние гирлянд растворяется в бесформенную пелену. Жизнь завершается, но опыт и мудрость остаются лишь воспоминаниями. Каждое детское сердце — свеча в темноте, а каждый член команды — тень, мерцание которой светит на дальню сторону. Такой он был когда-то: верен слову и всегда готов учиться новому. Теперь же, сын будет совершать те ошибки, что и он сам сделал.
Но в уши вдруг ударил визг тормозов, пляска фар. И она неуверенно вымолвила:
— Меня машина сбила.
По прекрасному лицу промелькнула досада.
А в глубине ее мозга кто-то абсолютно незнакомый строгим голосом произнес:
— Он тебя сбил. Лови момент, овца!
Кто ей шепчет в уши? Всевышний? Дьявол?
И девушка повторила, куда тверже:
— Я помню: меня сбила машина.
— Да, — неохотно кивнул Тимур.
— Почему я тогда не в больнице?
— Да там удар был не сильный. Ты и не лежала почти. Сразу встала и пошла куда-то.
И смотрит внимательно.
Ага. Сам признаваться не хочет. Арина в жизни никого не допрашивала — не тот характер. Но сейчас произнесла вкрадчивым тоном доброго следователя:
— А ты здесь при чем? Проходил мимо и меня спас?
Тим вздохнул. Врать не стал.
— Нет. Я был за рулем.
— Ага! Значит, ты меня и сбил!
— Да ты сама под колеса бросилась!
«Вышел. Помог. Привел к себе. Хотя мог бы просто сбежать, и никто бы его не нашел сроду. Я ведь ничего — ничегошеньки! — вчера не соображала!»
Он взглянул на Арину своими отчаянно-синими:
— Я решил: зачем ГИБДД вызывать? Ранений серезных у тебя вроде нет. Так, шок небольшой. А тут начнутся: разборки, полиция, больница. Ну, и привез к себе. Раны перевязал. Спать уложил. Решил: утро вечера мудренее.
Тим сел на краешек дивана, покаянно оттенил глазищи ресницами:
— Но если хочешь, мы можем сейчас в полицию сообщить.
От близости его тела у Арины закружилась голова.
— Ты актер? — пробормотала она.
— С чего ты взяла? Я тренер."
"— По карате?
— По теннису.
Сидел теперь совсем рядом. Обоняние обострилось.
Гель для душа, лосьон, туалетная вода и еще, очень очевидно: коньяк. Ну, или какая-нибудь текила. Явный отзвук вчерашнего. «Да ты пьяный был, тренер!» Интересно, когда водитель подшофе, а сбитый пешеход под кайфом — кто больше виноват?
Тот, кто за рулем. Мама ей когда-то объясняла.
Пару месяцев назад Арине и в голову бы не пришло выкручивать руки. Да кому — принцу, богу! Но сегодня все изменилось. У ее ног, в ее полной власти — мужчина мечты. Разве можно упускать такую возможность?
И она едко произнесла:
— Хорошо ты придумал — с места аварии сбежать.
— Но тебе ведь сейчас лучше? — с надеждой спросил Тимур.
— Как сказать. Рука, похоже, сломана, — Арина показала на левую плюшку-конечность. — И голова очень болит.
— Давай тогда поедем в больницу, — с готовностью отозвался он. — Тут рядом есть платная, я узнал. Все расходы я оплачу.
«Ах ты, хитрец! — усмехнулась девушка про себя.
